Достает из шкафа подушки и кидает их на меня. Сверху летит одеяло. — Мне нужно домой, — опомнившись поднимаюсь я в положение сидя. — Тебе нужно поспать, поесть, кончить еще пару раз и прекратить повторять эту параноидальную ахинею. Я отменяю твой конец света. Поняла?

Без одежды он выглядит внушительно. — Спрячь свой член, с ним сложно спорить. — Я запомню… — ухмылка. — Ближе к ночи мне нужно будет уйти.

Присаживается рядом, заглядывая в глаза. — Тебя кто-то ждет, Тея? — Возможно. — Мужчина? — еще раз переспрашивает он. — Нет. Помнишь, я как-то говорила, что обручена с одной более могущественной сущностью. — Помню. — Так вот, я не хочу, чтобы она «дождалась» меня при тебе.

Есть у меня навязчивое ощущение, что это случится именно во сне.

И поэтому заниматься с ним сексом мне гораздо менее страшно, чем засыпать.

Мало радости проснуться с трупом человека, которого так горячо трахал на кануне! — Кто бы тебя не ждал, сегодня он тебя не дождется. Это я тебе гарантирую. — Спасибо, — грустно улыбаюсь я.

Мне хочется верить в это.

Выбрасывая сигарету, он ложится ко мне под одеяло. — Поспи со мной.

Обнимаю крепче, осознавая, что спать вот так, под защитой мужчины для меня гораздо более сильное и желанное ощущение, чем тот секс, который был у нас только что. Любой другой секс, который был у меня, в принципе.

Закрываю глаза…

Глава 29

Отламывая кусочки от своих огромных бургеров, мы кормим лебедей, плавающих в пруду.

Прищуриваясь от яркого солнца она смотрит на пролетающий низко самолет.

Надеваю ей на глаза свои солнцезащитные очки. — Хочешь, слетаем куда-нибудь в Тай или Египет. Где сейчас сезон?

Беззаботное выражение ее лица мгновенно меняется на прохладное. — Я что-то не то сказал?

Ее взгляд плывет по поверхности пруда. — Знаешь, почему лебеди не улетают отсюда? — Подрезают крылья… — Ага… — Ты невыездная? — Можно считать, что — да. — Зачем столько загадок? — Никаких загадок! Я прозрачна, как никогда. Просто хочу оставить только для себя несколько деталей своей реальности. Имею право. — Наверное. Расскажешь о себе что-нибудь? — Нет. Зачем тратить на это наше «сегодня»? В отсутствие завтра личная биография теряет всякую ценность. — Тея, это тяжело принимать. — Будет только так.

Выкидываю остатки бургера в мусорку. Аппетит пропал… — Не грузись! — снова беззаботно улыбается она. — Смотри какие телочки… — заговорщицки косится на двух девушек у мостика. — Пойдем снимем. — Ты что, серьезно? — хмурюсь я.

Сдавленно хохоча тянет меня за руку к ним ближе. По инерции поддаюсь. — Привет! — машет им. — Тея, нет! — разворачиваю к себе. — Ты что творишь?!

Шокировано пытаюсь понять серьезно она или просто угорает. — Да шучу я, — прыскает она смехом. — Так себе тёлочки. Лучше тех! — распахивает глаза на двух других.