Готова быть поддержкой, опорой, даже защитой, если только он попросит. Даже взгляда без слов будет достаточно — я все пойму.

Но не готова быть «не настоящей женой». Просто не могу и все. Его брат абсолютно прав: для этого нужна холодная голова, ноль эмоций и трезвый взгляд. Нужно просто отыграть свою роль, искренне порадоваться за выигранное сражение — а как иначе? — и спокойно, не оглядываясь, уйти. Я смогу тихо отодвинуться в сторонку, но тогда от меня совсем ничего не останется. Не будет даже «растения» из которого маленький храбрый робот-мусорщик смог бы вырастить новое дерево.

— Терпеть не могу женские попытки сказать о чем-то, не говоря. — Он разжимает руки и теперь уже сам отходит. — Хорошо, выдумщица, продолжай играть в партизанку, я, если честно, так устал, что не готов за тобой бегать, даже морально. Не переживай за готовку — сам разберусь."

"— Андрей… — Хочу остановить его, но рука безвольно повисает вдоль тела.

— Все в порядке.

Он просто уходит, оставляя меня одну в почему-то ставшем невыносимо узким и душном коридоре. Как будто стены сдвигаются специально вокруг меня.

И приходится просто вырваться наружу, пока и без того маленькая дверь в волшебную страну не стала слишком крошечной для одной глупой мечтательницы.

Кажется, я иду по улице не меньше часа: просто в какой-то момент натыкаюсь на прохожего, и услужливый мужчина спрашивает, все ли у меня хорошо. В ответ на мой рассеянно-вопросительный взгляд, кивает на расстегнутую куртку. Благодарю невпопад, запахиваю полы и просто иду дальше. Удивительно, что именно сейчас, наконец, начинает работать мой внутренний компас, и я умудряюсь не заблудиться в хитросплетениях дворов, узких улиц, похожих один на другой старых домов.

Пора возвращаться в свою уютную спокойную жизнь. И верить, что, когда я сяду на поезд, моя любовь, как тонкая нить, не выдержит натяжения и разорвется. Хорошо бы не истечь кровью, но точно не с моим везением.

Глава сорок седьмая: Андрей

Какого хрена происходит?

Я честно не понимаю и жутко туплю от недосыпа, от того, что ждал какой-то другой встречи, когда посреди ночи вдруг понял, что не могу нормально уснуть, пока в моей голове торчат мысли о выдумщице в моей постели.

О том, что меня тянет к ней, под одеяло, на подушку с запахом ее волос: гремучая смесь детского шампуня и особенной сладости, от которой хочется перевернуть эту женщину на спину и затрахать до отключки. А потом еще один раз, «контрольный».

Поэтому срываюсь и еду к ней, к ним, туда, где меня ждут мои ненормальные девчонки, где пахнет чем-то вкусным, а Йори ходит по дому в моей футболке и, увидев меня на пороге, удивленно пискнет, чтобы через секунду броситься на шею.