Наши бухгалтеры хоть и медленные, но зато не отказывают в выполнении своих обязанностей…

Липатова не могла сдержаться! Та, что с пеной у рта доказывала, что совершила жутчайшую ошибку в своей жизни, когда согласилась на развод, теперь делала вид, что не знакома с Куталадзе.

Я закатила глаза, пытаясь намекнуть, что её защита мне сейчас нужна меньше всего. Но Света проигнорировала мою просьбу и ткнула пальцем в графу, где нужно было подписать.

Но Левон уже заметил странности её поведения, поэтому прожигал своим взглядом её затылок.

— Светик, солнце моё, а что так холодно? Или ты на работе ни-ни? Не узнаешь отца своего крестника? — Куталадзе встал и подошел к подруге.

— А что мне за дело до чужих дядек разведённых? — она безразлично махнула плечами и обошла Куталадзе, как мешающий столб. — Но хочешь совет?

— Валяй, у меня отличное настроение, я сегодня самолёт новый подписал. Если совет хороший, то прокачу на тестовом полёте, — Левон присел на край моего стола, взял леденец из вазочки на углу. Все действия машинальные, не требующие раздумий…

— Вы разрушили мою мечту! — прошипела Липатова, пятясь спиной к дверям. — Я поругалась с подругой, которая была со мной всё это время, но оказалось, что ты тот ещё гнилой фрукт! И да… Никаких советов, Куталадзе, выгребай из этого дерьма самостоятельно…

Светка выбежала, оставляя нас в полной тишине. И всё, что мы могли делать — дышать в такт. Он не оборачивался, продолжая смотреть вслед подруге, а я нервно крутила карандаш.

— И что это было? Не хочешь объяснить?

— Левон, а ты не знаешь, по какой причине твоя сестра Нино аннулировала мой пропуск в «Кара-флайт»? — хруст карандаша прозвучал стартовым выстрелом. Куталадзе рывком обернулся, навис надо мной, испепеляя жаром темного взгляда.

— Что сделала Нино?

— Ты пришел сюда хозяином, требуешь ответов, а сам не знаешь, что затеяла твоя сестра прямо у тебя под носом! Она унизила меня, заставив краснеть у стойки администратора! Охрана, знающая меня по имени отчеству, с усмешкой наблюдала за бывшей женой, которую не рады видеть в фирме бывшего мужа! — я не выдержала и вскочила, замирая нос к носу. — Это Нино устроила твоего сына в сисадмины, забыв сообщить и тебе, и мне!

— Почему…

— Куталадзе! Ещё раз я услышу этот гребаный вопрос, клянусь, вцеплюсь тебе в глотку! Да, мы развелись, но я думала, что сохранять человеческое лицо — это наша обязанность. Была уверена, что мы не опустимся до разборок, но…

— Тук-тук, — в открытую дверь кабинета вошёл Петров. Он махнул макетом своей книги, а когда узнал Куталадзе, рассмеялся и вошёл уже смелее.

— У тебя тут проходной двор какой-то!

— Левон, рад видеть… Как Дубай? Стоит?

— Привет, Юр. Стоит, — Куталадзе кивнул, пытаясь сбросить с лица маску раздражения.