Вставал к сыну ночью, плотно закрывал за собой дверь, давая мне поспать.

Светкин же муж орал бабуином, чтобы она проснулась и заткнула сына, ведь ему утром идти на работу, а они, нахлебники, спать не дают и жить мешают!

А вот мой навязанный муж всё делал сам.

Да, не мне жаловаться. Точно не мне…

— Ну и, подруга? — Света подлила в мой бокал шампанского. — С чего планируешь начать? Сын взрослый, выпорхнул из гнезда, муж стал завидным холостяком, уверена, что не сегодня-завтра уже окажется в ловушке у какой-нибудь мисс-Зажопинск или Записинск…

Светка сказала, а меня током шандарахнуло.

А ведь она права… Где вот Куталадзе сейчас? Летит на своём джете в Сочи… Думает ли он обо мне? Тянется ли его рука, чтобы выполнить машинальное движение и написать СМС?

Не было у меня ответа на вопрос подруги. Если честно, то я даже не представляла, как живут свободные люди, потому что и невольницей никогда не была. Левон не контролировал, потакал любому желанию, да и в целом в нашей семье всё держалось на доверии и взаимном уважении. У нас с сыном всегда было всё лучшее, включая самого внимательного главу семьи.

— Кар, а вот я никогда не спрашивала, но теперь-то можно, — Светка опустила глаза. — А спали-то вы вместе?

— Да, — я захихикала, поняв, что никогда ещё не видела подругу настолько смущенной. — А как с беременности началось, так в привычку и превратилось. Он носил меня в туалет на руках, ставил под прохладный душ, чтобы хоть как-то помочь справиться с токсикозом. А потом родился Андрюшка, и Левон сделал из своей спальни рабочий кабинет, чтобы больше бывать дома…

— Ну а… — Светка вспыхнула и придвинулась, смотря в глаза. — А секс-то был?

— Ты что мне за допрос устроила?

— Кар, ты выпей давай и рассказывай, как матушке, — подруга хихикала и подталкивала мою руку с бокалом. — Да не верю я, что не трахались вы. О Куталадзе прикуривать можно, настолько горяч! А за всё время семейной жизни ни одного слуха о загулах твоего мужа не было…

— Мы после Мальдив как-то сразу перестали отрицать то, что физически нас тянет друг к другу, — я никогда ни с кем не поднимала эту тему, поэтому проговаривая вслух, словно через терапию проходила.

— Высокие отношения, — прошептала Светка. — И как? Ну… Это было как дежурное одолжение? Супружеский долг?

— Мне, конечно, сравнивать не с чем. Но Куталадзе очень хороший любовник! Жадный, нежный, внимательный…

И стоило мне произнести это, как по квартире пронёсся перелив дверного звонка.

Сердце ойкнуло, а ноги уже выпутывались из пледа… Неслась по коридору, молясь, чтобы только не было плохих новостей. Ни от Левона, ни от Андрюши не было ни сообщения.