Ты совершила одну-единственную ошибку: никогда не верь швейцарцу без указательного пальца.

Стараясь сдержаться, Трейси глубоко вздохнула и повернулась к Гюнтеру:

– Поговорим позже…

– Трейси!

– Нет! Что бы там ни было, я не приму в этом участия, если он в деле!

– По крайней мере выслушайте, – попросил Гюнтер.

– Нет смысла. Я…

– Через три дня «Де Бирс» отправляет на грузовом самолете «Эр Франс» из Парижа в Амстердам набор бриллиантов стоимостью четыре миллиона долларов. У меня есть клиент, мечтающий приобрести эти камни.

– Вот пусть ваш дружок и умыкнет их по дороге в аэропорт. Он большой специалист по подобным операциям! – Трейси не удалось скрыть злость.

«Черт побери, как она прекрасна, когда сердится!» – подумал Джеф.

– Бриллианты чрезвычайно хорошо охраняют, – продолжал Хартог. – Поэтому мы планируем взять их во время полета.

Трейси изумилась:

– Во время полета в грузовом самолете?"

"– Нам нужен человек небольшого роста, который поместится в одном из контейнеров. Все, что от него нужно, – выбраться во время полета из упаковочной клети, открыть контейнер «Де Бирс», подменить камни на заранее приготовленные и спрятаться в другой клети.

– И по-вашему, я именно такого роста?

– Трейси, дело не только в этом, – возразил Гюнтер. – Чтобы все выполнить, необходимы сообразительность и выдержка.

Трейси задумалась.

– План мне нравится. Не нравится мысль, что придется работать с ним. Он – проходимец.

Джеф ухмыльнулся:

– Я считал, что мы все такие. Гюнтер предлагает нам миллион долларов.

Трейси уставилась на Хартога:

– Миллион долларов?

– Да. По полмиллиона на каждого, – кивнул тот.

– Все склеится, – заметил Джеф. – У меня в грузовом терминале аэропорта есть свой человек. Благодаря ему мы все устроим. Ему можно доверять.

– В отличие от тебя! – парировала Трейси. – До свидания, Гюнтер. – Она направилась из комнаты.

Хартог посмотрел ей вслед.

– Боюсь, Джеф, Трейси серьезно обиделась на тебя за Мадрид. И не станет этим заниматься.

– Ошибаетесь, – беспечно заметил Стивенс. – Не устоит.

– Прежде чем тару грузят на борт, ее опечатывают, – объяснил Рамон Вобан, молодой француз со старческим не по возрасту лицом и мертвенными черными глазами. Он работал экспедитором грузового терминала аэропорта, и от него зависел успех всей операции.

Вобан, Трейси, Джеф и Гюнтер сидели за столиком у поручней на экскурсионном кораблике, который плавал по Сене.

– Если контейнер опечатан, как я попаду в него? – осведомилась Трейси.

– Для грузов, поступающих в последнюю минуту, компания использует то, что мы называем мягкими контейнерами, – ответил Вобан. – Это большие, обтянутые парусиной и перевязанные веревками деревянные клети.