– Кусаться – это очень, очень, очень плохо, Тео, а люди всегда узнают о таких вещах, поэтому из-за тебя нас все в Тэдбери ненавидят.

Эмма повернула кирпич так, что теперь все ее руки были покрыты грязью.

– Куда бы мы ни шли, люди начинают на тебя сердиться, Тео. И это правда. Когда мы жили в Манчестере, на тебя рассердилась няня Люси. Когда мы жили во Франции, на тебя рассердилась бабушка. А теперь ты рассердил всех в Тэдбери. Просто отлично, Тео. Прекрасная работа.

Теперь мальчик уже рыдал. Глубоко вздохнув, Эмма взглянула на часы, размышляя, есть ли у нее время принять душ до приезда Натана.

Нет. Скорее всего, нет."

"– Ты хоть знаешь, Тео, что опять все разрушил? Куда бы мы ни приезжали и как бы я ни старалась устроиться, ты разрушаешь абсолютно всё.

Глава 12

В недалеком прошлом

Мэттью Хилл резал большой банан на маленькие кусочки, глядя на сидящую на высоком стульчике дочь.

Четыре года прошло с тех пор, как он ушел из полиции, и вот уже год как он – отец. Мэттью все еще не мог поверить, насколько кардинально изменилась его жизнь.

– Хочешь банан с жареными хлебными пальчиками, милая? – Он уже заранее знал, что ответит на это дочь.

Пока в ее словаре было всего однослово.

– НЕТ, – ребенок улыбался ему.

Мэттью постарался улыбнуться ей в ответ, но вместо этого скрипнул зубами. После нескольких месяцев споров о том, каким будет первое слово Амели – «мама» или «папа», Мэттью и его жена получили настоящий удар.

– Ты же хочешь сказать «ДА», так? Ты же любишь банан. Скажи «ДА» папочке.

– НЕТ.

Он положил банан на ярко-розовую, с изображением принцессы, тарелочку дочери, рядом с кусочками поджаренного хлеба. Амели, продолжая улыбаться, немедленно схватила его ручкой.

– Вот видишь. Ты имела в виду «ДА». Амели любит бананы. ДА.

Амели продолжала улыбаться, поглощая свой завтрак, а потом протянула раздавленный кусок банана папе, чтобы он его осмотрел. Мэттью наклонился вперед, притворился, что откусил кусочек, и нарочито громко зачавкал. После чего налил себе кофе. Через пять минут появилась Салли, которая отъезжала заправить машину. Мэттью встретил ее новой теорией о том, почему словарь их дочери состоит только из отрицания, и включил чайник.

– Может быть, мы сами слишком часто говорим Амели «нет»? И проблема именно в этом?

– Нет, Мэтт.

Вся проблема в том, что у нее наполовину твои гены.

Он игриво подтолкнул жену в плечо и показал ей язык, а потом подошел к раковине, ополоснул кофейник и засыпал в него свежий кофе, наблюдая за тем, как его жена подошла к дочери и очень нежно поцеловала ее в лобик.

Он всё еще не мог от этого избавиться.

От ощущения нереальности происходящего.

Две его красавицы.

Занимаясь приготовлением свежего кофе, Мэттью проверил почту на телефоне.