Он скалит зубы, похабно как-то, у меня душа в пятки уходит от этой улыбки, голодной и жадной.

Спускает взгляд по моей шее вниз, в скромное декольте простого черного платья чуть выше колен, которое я сразу же прикрываю руками.

— Из далеких краев, смотрю, ты в столицу причалила, простых вещей не понимаешь, Кисуня, но дядя Айрат тебе все объяснит, как говорится, на пальцах, а скорее, нет, не на пальцах… но весьма доходчиво…

Начинает смеяться громко, пошло.

Чувствую, что услышу сейчас нечто просто ужасающее, то, что буквально переломит меня. Мужчина резко встает из кресла, я же пячусь на нетвердых ногах, чуть не падаю, но в этот самый момент звонит телефон. Рингтон резкий. Громкий.

Он раздается как гром, заставляет мужчину остановиться, посмотреть на экран и выругаться сквозь зубы, а затем все же ответить.

— Слушаю.

Пауза долгая. Тягучая. Восточное лицо мужчины с каждой секундой становится все мрачнее, тени начинают скользить и искажать черты, кустистые черные брови хмурятся, а затем темные глаза резко поднимаются и останавливаются на мне.

Прожигают. Пригвождают. Лишают последней надежды, когда он выговаривает четко:

— Валид Байсаров…

От этого имени у меня мурашки по спине пробегают, озноб сковывает. Не знаю, почему так реагирую. Интуитивно. Подсознательно.

Возможно, это все из-за того, что в темных глазах Мухаматова проскальзывает нечто очень странное, затравленное, будто страх перед заведомо более сильным противником.

— Не ссы в тапки. Есть у меня чем откупиться. Организуем подарочек для Барса. Ему понравится, приезжай, — короткий смешок и взгляд в мою сторону острый, резкий, — от сердца отрываю, можно и так сказать, находку свою отдаю…

Мужчина сбрасывает звонок и концентрирует жгучий взгляд на мне, сам же играет моим паспортом показательно как-то, давая понять, что мои документы, а значит, моя жизнь и судьба в его руках…

Спустя паузу Мухоматов открывает рот и выдает страшную фразу:

— Ты ведь хочешь получить паспорт обратно, загладить вину и вернуться к обычной жизни, так, Варенька?

Киваю на автомате, и мужчина раздвигает мясистые губы в страшной улыбке.

— Тогда придется побыть покладистой кошечкой. И ублажить одного важного человека.

— Ч-что? — переспрашиваю, до конца не веря в то, что слышу.

— Говорю, придется тебе, Варвара-Краса, длинная коса, побыть подарочком для очень влиятельного человека.

— Что?! Нет…

Мотаю головой, ноги слабнут. Чуть не падаю. Но мужчина остается равнодушным к моим слезам.

— Выбор невелик, — отвечает четко, — останешься здесь и я найду способ, будешь расплачиваться столько, сколько будешь в состоянии, потом, так и быть, отправлю драить полы, как ты и предложила.