Наплакавшись вдоволь, я медленно выбралась из душевой кабинки. Оттерлась полотенцем, надела длинный вафельный халат белого цвета и завязала пояс потуже. Фена не было, и я просто замотала волосы в полотенце.

Одежду, которая была на мне в казино, хотелось выбросить в мусорный пакет, но я не решилась это сделать. Кроме халата у меня ничего нет. Как знать, привезет ли утром водитель вещи, как обещал?

Широкая кровать оказалась очень мягкой на ощупь, и скоро я утонула в перинах. Натянув одеяло до самого подбородка, закрыла глаза. Попыталась задремать, но сон не шел. Перед глазами стоял Облонский.

Его взгляд, его красивый профиль. В ушах звенел его резкий голос.

Я знала, где он. Знала, чем занимаются состоятельные мужчины в сауне, куда привозят девушек. И мне бы быть благодарной за то, что он спас меня и устроил на ночлег в мягкой постели, но вместо этого я испытывала другое.

Ревность. Дикая, необузданная — она испепеляла меня изнутри. Я дико ревновала его к тем девушкам, которым, пусть и за деньги, разрешено прикасаться к его телу. И я ничего не могла с этим поделать. Чувство к Облонскому продиралось сквозь всевозможные барьеры и сводило с ума.

Я хотела. Хотела, черт возьми, чтобы он оказался сейчас здесь, под одним одеялом со мной. Чтобы ласкал меня, доводил до исступления своими прикосновениями. Меня, а не шлюх, которых оплатил сити-менеджер ради собственного развлечения!

Я металась по кровати и сгорала от отчаяния.

Не выдержала. Отбросила теплое одеяло, которое теперь жгло, и подошла к зеркалу у стены. В отражении больше не было той наивной Маши, которая окончила филфак и сбежала от неугодного жениха. Из зеркала на меня смотрела женщина. Настоящая, жаждущая своего мужчину.

Того, которого она выбрала, совершенно не считаясь со здравым смыслом. И сейчас эта женщина пылала. Она сгорала от странной жажды. Она хотела своего мужчину."

"Я села на край кровати. Немного посидела. Облонский все не шел. Куда ему до меня, если там сауна, водка и две девушки, которые готовы на все. Не нужна я ему.

Я чувствовала себя, как невеста, от которой в первую брачную ночь сбежал жених, и от этого злилась еще больше.

Меня бросало из одной крайности в другую — то я сходила с ума по нему, то думала, что совсем ему не пара.

Ну, какая из меня пара? У нас в возрасте восемь лет разница, у него свои дела, а я — как Золушка без туфелек, которая случайно попала на чужой бал. Ни кареты, ни тыквы, ни платья. А в довершение всего и принц сбежал в другое королевство.

Я бы пострадала еще, но сон меня сморил — слишком много было переживаний за последние сутки. Устроившись на самом краешке широкой кровати, я свернулась клубочком и провалилась в сон.

Проснулась от того, что повернулся замок, и хлопнула входная дверь. Облонский прошел в спальню.