Тут же оттолкнул от них спецназовца в черной форме и замахал у него перед носом каким-то удостоверением."

"— Это свои! Свои, понял? Их арестовывать не надо! А остальных везите, допрашивайте.

Облонского и Машу нехотя отпустили.

— Все, Вова, хватит с меня приключений! Пошли, водки выпьем и в сауну! — продолжал сбивчиво горлопанить Алексеев.

— От водки не откажусь, — согласился Облонский и крепко взял Марию за локоть.

Глава 24. Облонский

Алексеев уже открывал заднюю дверцу своего роскошного внедорожника, приглашая сесть.

— Девчонок я отправил на такси.

У Марии вдруг подогнулись колени.

— Эй, девушка, в обморок падать запрещено! — подскочив к ней, начал шлепать ее по щекам сити-менеджер. — Вас вообще, для чего выиграли? Уж точно не для того, чтобы вы тут концерты с обмороками устраивали.

— Отстань от нее, — понуро буркнул Облонский и помог девушке забраться в машину. — Лучше водки мне налей. Давно я не испытывал такого дикого напряжения, как в эти два часа.

Алексеев забрался на переднее сидение, извлек из бардачка бутылку ледяной водки, стаканы и даже банку с красной икрой, после чего приказал водителю:

— Двигай на озеро!

Всунул Облонскому банку с икрой.

— На, открывай!

А сам тут же открутил крышку у бутылки и разлил ледяную жидкость по стаканам.

— Девица твоя, там, как? Дышит? Ей водки лить?

— Лей, — взглянув на Марию, поморщился Облонский.

— Не надо, — сдавленно пробормотала она. — Лучше воды дайте. Я пить хочу. Они меня заставляли виски пить, а я крепкое не могу…

Алексеев подкатил глаза и протянул ей маленькую бутылку «Бон-Аква».

— Спасибо, — отчаянно закивала она.

Облонский скользнул по ней взглядом и опрокинул в себя протянутую Алексеевым водку. Сразу полстакана, не морщась.

— Я, наверное, никогда теперь не смогу с вами расплатиться за то, что вы меня вытащили… — закусив губу, затараторила Маша.

— Не с ним, — поднял палец вверх Алексеев. — Со мной не расплатишься. Это я группу специального назначения в ваш притон вызвал. А пользоваться служебным положением в угоду собственным интересам, знаете ли, не очень хорошо.

Маша испуганно икнула и вжалась в сидение.

— Слушай, Вов, а чего она пугливая такая? Шуток совсем не понимает?

— Не трогай ее, — отмахнулся Облонский.

— Только не говори, что не поедешь со мной на озеро! — нахохлился Алексеев. — Для чего я старался?

Владимир посмотрел на друга. Нельзя сейчас отказываться от поездки на озеро. Никак нельзя. Поддержку сити-менеджера потерять — это хуже некуда.

— Да поедем мы на твое озеро, — закидывая в рот красную икру походной ложкой, пообещал он. — Выпьем, попаримся.