Интересно, если я скажу, что у нас ему в любом случае придётся пересдавать анализы, он сразу уйдёт? Или будет долго и нудно качать свои права?

– Фамилия, имя, отчество? – задаю стандартные вопросы, вбивая результаты в базу данных.

– Иванов Иван Иванович, – произносит будничным тоном.

Настороженно смотрю на мужчину. Серьёзно?

Возникает стойкое ощущение, будто меня пытаются разыграть.

Только кому это может быть нужно?

Да ну, нет, бред.

По правилам, у нас не положено принимать пациентов без записи.

Но я на всякий случай проверяю наличие свободного времени у терапевта.

На свой страх и риск принимаю оплату и провожаю пациента в кабинет на приём к врачу.

Зачем действую не по инструкции – не знаю. Но сейчас чувствую, что лучше прислушаться к интуиции и выполнить пожелания этого странного мужчины.

– Это что сейчас было? – спрашивает Мухина, когда мы вновь остаёмся в холле одни. – Он что за приём мелочью рассчитывался?

Вот же глазастая какая, можно подумать, это её дело.

– Да, Галь, мелочью. Если человек серьёзно болеет, у него может быть сложная финансовая ситуация, и не нам его осуждать, – произношу укоризненно.

– Ну и шёл бы в поликлинику со своей сложной финансовой, нет же, прётся в частную клинику. Ещё и нас под монастырь подводит, – бурчит, словно уставшая от жизни старуха.

– Галь, под какой монастырь, а? – чувствую, что моё терпение заканчивается.

– Под обычный. Выговор получить хочешь? – широко округляет глаза, стараясь выглядеть убедительнее. – Дунаева сейчас накапает Романовскому о том, что ты к ней пациента без записи провела. Ещё и добавит, что по знакомству, ты же знаешь про её стервозный характер. Без работы не боишься остаться?

Понятно. Мухина недовольна, что я ей не рассказала о том, что было в кабинете босса. И теперь злится по поводу и без.

Нет, отчасти она права. Терапевт у нас действительно женщина непростая. Она в возрасте, и за плечами сорокалетний опыт работы в поликлинике. На этом фоне её иногда заносит, но в целом, с Дунаевой, как и с любым другим человеком, можно найти общий язык.

– Не волнуйся за меня, Галь, я не боюсь Романовского, – произношу, а сама мысленно анализирую так ли это на самом деле?

Какие эмоции вызывает у меня босс?

Я старательно убеждаю себя в том, что он – не Женя. Так мне проще.

Но вместе с тем, кем бы ни был Романовский, он мой босс. С непростым, я бы даже сказала, сложным характером.

Непредсказуемый, загадочный… Если бы вместе с внешним сходством у него был характер моего мужа, я знала бы, чего ожидать от этого мужчины.

А так…

Остаётся только полагаться на интуицию и верить в лучшее.

– Ну, смотри сама, только потом не жалуйся! – фыркает Мухина.

Точно обиделась. Гениально, нечего сказать.

Отгоняю лишние мысли и переключаюсь на работу.