– Машину? Какую машину?

– Ну, я не знаю, на какой машине они были. На которой были, ту и закопали...

– Зачем?

– Как зачем? Чтобы менты не нашли! Они весь поселок перерыли и ничего не нашли! Ни машину, ни киллеров...

– Значит, Спартак его сделал...

Радость медленно заполняла каждую клеточку души. Все-таки отомстил Спартак за него. Ценит старого вора, уважает...

– Ну, он же твой крестник...

– Крестник? Э-э, не совсем, – покачал головой Ростом. – Крестником он станет, если я его короную...

– А надо? – нахмурился Тархан.

Как и всякому грузинскому вору, ему не нравилось, что их ряды растут как на дрожжах. Всем это не нравилось. Но число законников стремительно увеличивалось, и «рождаемость» значительно превышала смертность...

– Надо.

Коронуя Спартака, Ростом убивал двух зайцев. Во-первых, сохранял с ним деловую связь. После зоны он мог снова взять репчинский рынок под свой контроль. А если Спартак сам станет законником, ему вовсе не нужен будет воровской покровитель. Только своему крестному отцу Спартак не посмеет отказать, и Ростом снова возьмет рынок под свою опеку. А во-вторых, Спартак будет отправлять «грев» на зону лично для Ростома. И людьми ему всегда поможет, если вдруг возникнет такая необходимость. Ведь все тюремные хвосты имеют корни на воле. Тот же кум борзеть не станет, если над его семьей повиснет вдруг смертельная опасность. А Спартак сможет ее навесить...

– Зачем?"

"– А чтобы в общак больше платить. Если он станет вором, то и отстегивать как вор будет, по полной. А это не два лимона, а раз в пять больше.

– Да, десять лимонов на дороге не валяются, – задумался Тархан.

– К тому же он Гену Витязя завалил, воровскую волю исполнил. Мою волю... Я говорил с ним, обещал воровскую корону, если он все по уму сделает. Он сделал. Теперь я его должник.

– Спартак – славянин, – неуверенно заметил Тархан.

– Неважно.

– А кто короновать будет?

– Я, ты, и еще думаю Омана взять. Оман вор, в общем-то, уважаемый.

– А он согласен?

– Пока за тебя разговор. Мне твое согласие нужно.

– Лихо ты, Ростом, запрягаешь! – улыбнулся Тархан. – Я даже хвостом не успел махнуть, а ты меня уже за гриву взял... Мне подумать надо.

– Думай, думай. И еще подумай, кто задницу твою прикроет, если вдруг что... Я же знаю, что Придони заменжевался, когда Джума убили, – жестко произнес Ростом. – Не спросил ответ с Витязя, хотя мог... И за меня не подписался... И за тебя не подпишется, если вдруг что... Стареет Придони, нет у него уже той хватки, что раньше.

– Ты против него что-то имеешь? – удивленно повел бровью Тархан.

– А ты?

– Зачем же так, вопросом на вопрос?

– Затем, что вопрос очень серьезный. Мне с Придони делить нечего. Он пусть на воле остается, а мне домой надо, мать родная ждет. Он здесь, я там...