Кто именно, Таня не видела, понятное, дело. Казак ее не пустил. Когда ему позвонили, он сам пошел к калитке в высоком заборе, вышел минут на пять. Наверное, говорил с помощником, Таня слышала шум подъехавшей машины. А потом вернулся, уже разложив десерт по пиалам. И вина принес, хоть Таня и не помнила, чтоб просила об этом.

— Ты меня споишь, а мне на работу с утра, — напомнила она. — Тяжело работать с похмельем.

Но бокал взяла, когда Виталий подал наполненный. Опять какое-то игристое, “шампанское”, MOET. Тоже привезли? С мороженым? Хотя, вроде, не говорил он об этом по телефону. На всякий случай в холодильнике стоит?

Красивое, эстетически смотреть приятно было на бокал. И холодное, что при жаре на улице, манило.

Вот что-то не то с ней было, вообще на все рукой махнула. Хотелось расслабиться и ни о чем не думать, хотя бы сегодня.

— От этого шампанского — похмелья не будет, поверь мне. Даже я его только по особым случая открываю, — хмыкнул Казак в ответ.

— А сегодня случай особый? — Таня бровь вздернула, но шампанское уже отпила.

Вкусно. Действительно вкусно. В разы лучше того, что она в ресторане пила. И без всякого персика.

— Таки, выходит, не простой, Зажигалочка.

Виталий взял свой бокал. Сел в кресло справа от нее, и с удовольствием откинулся на спинку, вертя бокал перед лицом, рассматривая вино в свете лампы, висящей под крышей беседки. На улице уже стемнело и даже сверчки начали выводить свои “трели”.

— Мы ж с тобой, по ходу, знакомимся. — Он наклонился к ней и легко чокнулся бокалом.

А Таня расхохоталась почему-то.

— Вот, что “по ходу”, это точно, — захлебываясь шампанским и смехом, заметила она, пытаясь не расплескать вино.

Но остальное — не оспорила. Про “особенный”. Ничего обыденного между ними сегодня — точно не происходило.

Казак и сам широко улыбнулся, явно, поняв намек на быстроту разворачивающихся событий. И вот с этой улыбкой с удовольствием отпил из своего бокала.

Похмелья не случилось, не соврал Виталий. Но некоторые сложности возникли."

"Когда Таня утром вышла из душа и посмотрела в зеркало, стало понятно, что следует поторопиться и заехать к ней домой перед работой. Потому как, если зубную щетку она еще имела в кабинете, неоднократно дежуря ночью, то более закрытую кофту — стоило поискать в шкафу. А пугать или заинтересовывать сотрудников “засосами”, желания не было. Причем, нельзя сказать, что она могла предъявить претензии Виталию. Хотя, вот этот вот, на шее, и еще один на ключице — точно его вина. Но вот на предплечье, и тонкий синяк под нижней губой — это уже ее “работа”. Стеснялась Таня кричать во весь голос на улице, хоть Казак и заверял, что никто не услышит ничего, когда поедание мороженого закончилось очередным, прямо-таки, “приступом” страсти, схлестнувшим их друг с другом.