Тогда ветер и буран так воют, что и звери пугаются! Так что ты проси у нареченного больше мехов и нарядов!

— Не буду я ничего просить. Не муж он мне, чтобы просить, — невнятно буркнула я, торопливо смывая с лица подсохшие грязь и кровь. Не муж и не будет им — уточнять не стала.

Анни воровато оглянулась на дверь и склонилась к моему уху.

— Да что ты такое говоришь, лирин! Как жених венец надел — так надо действовать! И хитростью, хитростью! — жарко выдохнула она. — Риар к тебе до свадьбы прикасаться не смеет, так ты сделай так, чтобы прикоснулся! Посмотри ласково, улыбнись, ненароком плечом тронь… или сделай вид, что падаешь, он и поймает! Или можно, когда мужчина хмельной, под одеялом ногу закинуть или голову на грудь положить, а наутро сказать, что он сам! И за каждое прикосновение подарок взять — ткань там или украшение.

А если под одеялом полежите без меча, то и вовсе сундук с добром проси! Так что ты не робей, хоть первый раз неприятно, говорят… Но зато подарки! За месяц до свадьбы чем больше наберешь, тем лучше! Все так делают, ты не знаешь, что ли? И украшать себя надо по-особенному, лицо красить, волосы завивать, чтобы больше даров получить! И ресницами, ресницами вот так! Жениху-то до пояса свадебного ничего нельзя, а он же мужчина! А у тебя и вовсе черный хёгг. Он же без женской ласки никак не может! Огненный ведь… Так что не удержится, тронет! Вот и дары тебе будут! Главное, не робей!

Я с изумлением уставилась на невинное дитя четырнадцати лет, которая учила меня, как разводить жениха на подарки! Глаза юной девушки сияли искренним желанием помочь и поделиться хитрой наукой. А я не знала, плакать мне или смеяться на такое учение."

"— Слушай, а ты откуда все это знаешь? — заподозрила я неладное.

А то мало ли, вдруг в байке о семерых детях, ожидающих прислужницу, есть хоть доля правды? Ну хоть одна седьмая? — Ты что же…

— Я? — округлила глаза бывшая кухонная прислужница. — Ой, да кто же мне венец наденет, я же сирота! Меня риар не пометил и дочерью Дьярвеншила не назвал. Такую никто женой не возьмет, а без венца я сама к себе не подпущу, в нос дам и сбегу, если что! Это все прислужницы рассказывали друг другу, а я слышала. Я умею быть незаметной.

В ее голосе не прозвучало горечи, а мне вот стало грустно.

— Скажи, а что надо сделать, чтобы стать дочерью Дьярвеншила?

— Полезной стать, нужной этому городу, — легко пояснила девушка. И сразу сбросила меня с небес на землю: — Только это лишь риар может определить. Была бы я мальчиком, могла бы пойти в воины, они получают имя и без риара, кровью и силой. А мне вот можно лишь надеяться, что риар однажды захочет назвать вольнорожденной девой, подарить новое имя, свою кровь и защиту. Может, лет через двадцать я заслужу такую честь, если перворожденные будут ко мне милостивы.