Муж Надин занимает высокое положение, у него есть влияние и, возможно, он даже сможет встретиться с императором и передать ему собранные нами документы.

Эмет не лгал.

– Ты меня прощаешь? – спросил он, обняв за плечи и заглядывая в лицо.

– Я не имею права на тебя обижаться, даже если ты действительно измен….

– Прекрати! Мне, правда, жаль, что так получилось. Прости меня, – в голосе Эмета слышалась искренность и тревога. – Я был не прав, по собственной глупости и недомыслию, причинил тебе боль. Меня уже очень давно окружают оборотни и люди, которые привыкли с ними жить.

Извини, я совсем не подумал о том, как это будет выглядеть для тебя. Если ты хочешь, то ни одну женщину так обнимать не буду. Мне ради этого и стараться особенно не придется. Надин – единственная молодая дама, с кем у меня сложились такие теплые отношения.

Вроде бы надо было радоваться, что все это лишь недоразумение, но я ничего не чувствовала: ни облегчения, ни влечения, ни сожаления, только спокойствие и холод.

– Так ты меня прощаешь?

– Конечно.

Эмет попытался меня поцеловать, но я уклонилась. В таком состоянии, просто не смогу ему ответить.

Да и надо ли все это? Может быть, и дальше продолжать носить артефакт? Удобная штука. Спокойно поговорили, времени на обнимание и слезы не тратили.

– Извини, я спешу. Василиса и Мили там…

– Лия, что с тобой? – Эмет преградил мне путь.

– Все хорошо. Пропусти.

– Что за артефакт у тебя в руке?

Конечно, он догадался, что подвеска, которую я сжимаю в ладони, непростая.

– Это собственная разработка, которая помогает мне справиться с эмоциями.

– Настолько хорошо помогает, что ты напоминаешь бездушного голема? Отдай её мне.

– Не надо…

– Лия, ты странно себя ведешь.

Совершенно, безэмоционально. Ведьмам даже успокоительное пить нужно с осторожностью, потому что это может повредить дару. А ты артефакт надела.

Это так, но отдавать подвеску не хотелось. Почему-то я боялась, что мне снова станет больно. Однако разум победил. Эмет забрал артефакт, положил его в специальную коробку и убрал на полку.

Я по-прежнему чувствовала себя как-то странно.

Хорошо, что больше Эмет не стал обниматься: глупо тратить на это время, да мне и не хотелось. Весь день был какой-то снулый, серый, словно потерявший краски.

Ничто не радовало, но и не печалило.

Мне казалось, что я такая же, как обычно, однако многие интересовались моим здоровьем и спрашивали о том, что случилось. Я всем отвечала, что слишком много магии потратила вчера, ухаживая за растениями.

Макс вообще выгнал меня из лаборатории и приказал отдыхать, однако спать не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Сегодня не радовали здоровые ростки в аптекарском огороде, не веселил Малыш, бегающий за тренирующимися мальчишками, не вызвали улыбку Василиса или Мили.