Он не ищет в ней сочувствия, не советуется — все правильно, что может посоветовать пигалица вроде нее? Но… Зачем тогда? Только ради секса? Но разве люди живут ради секса? Особенно, ради такого, каким он стал с тех пор, как Мак возглавил компанию отца.

Тут же стало жалко Макара, стоило вспомнить, каким уставшим тот возвращается и как лежит иногда, уставившись в потолок. Внезапно захотелось вернуться в самое начало их отношений, казавшееся теперь счастливым и безоблачным.

Эва обняла себя руками и свернулась клубком. Вдруг очень остро ощутилось собственное одиночество — с тех пор, как она перебралась в столицу, она как на необитаемом острове.

Разве может человек быть настолько… ненужным? Как будто есть знакомые-приятели, та же Ира, хоть и разладились у них отношения, и родственники есть, и… Макар? Есть ли у нее Макар?

Так захотелось, чтобы у нее был кто-то по-настоящему родной, кто любил бы ее, нуждался в ней, кому бы она была нужна всегда, «и в горе, и в радости». Если бы Макар захотел стать таким!..

Щелкнул входной замок, и Эва замерла, зажмурившись. Макар бродил по дому, а потом зашел в спальню и остановился на пороге.

Долго стоял, она совсем дышать перестала, а он все стоял, и она чувствовала, смотрел на нее, затем подошел к окну.

Можно было сделать вид, что проснулась, встать, подойти, но она боялась, отчаянно боялась услышать и ПОНЯТЬ, Эва точно знала, что если Макар ей изменил, она узнает сразу. Потому и лежала, изображая спящую, даже когда тот подошел и склонился над ней. Провел легонько по щеке костяшками пальцев и ушел в душ.

Она лежала, по-прежнему свернувшись в клубок, когда кровать рядом прогнулась, знакомый и родной запах окутал ее облаком, и Эва едва удержалась, чтобы не «проснуться».

Не успела, Макар придвинулся ближе, осторожно просунул под нее одну руку, второй беря в захват и зарываясь в волосы.

— Эвочка… — прошептал сам себе, носом втягивая ее запах, и мир неожиданно вернулся обратно, обретя прежние краски и запахи. Ни одиночества, ни необитаемого острова.

Может, она все себе напридумывала? Может, она нужна Макару, тогда все равно, пусть, ей больше никто не нужен. И следом пришла шокирующая мысль — когда она успела стать настолько зависимой от одного единственного человека?

***"

"Алена все же вернулась в квартиру, в которой они жили с Русланом, Рус сам съехал, чтобы дать ей время отойти.

Макар пытался помирить друга с женой, и однажды тот даже приехал к ним вечером. Мужчины долго разговаривали в гостиной и пили, Рус курил на лоджии и жаловался Макару, что понятия не имеет, как так получилось. Он категорический противник секса на работе и даже при приеме на работу это оговаривает. И с новой секретаршей оговорил.

А тут она как с цепи сорвалась, и сам Руслан не понял, с чего его вдруг накрыло, как опоили.