— Так, родители, успокоились, открыли мне машину и отвлекли Машку, — он старался казаться спокойным, хотя внутри все начинало ходить ходуном и руки слегка подрагивали. Главное, чтобы ничего не заметила Эва. — Мы поехали рожать.

Машина вырулила со двора, Макар позвонил в роддом и сообщил, что они едут. Арсен с Романом стояли и смотрели вслед, пока не закрылись ворота.

***Макар не сводил восторженного взгляда с сына, который лежал у него на груди, и думал, каким был дураком, когда переживал, что не сможет одинаково любить своих детей. Чувство, которое захлестывало его по самые бортики, было таким же сильным, как и в прошлый раз. А главное, он теперь просто знал, что у него двое детей, одинаково ему нужных и одинаково любимых.

— Он у вас с меткой, папа, на груди родимое пятнышко!

«Хорошо, что не татуировка с Шерханом…»

Малыша унесли, Макар провел взглядом своего младшего ребенка и отправил на оба телефона снимок с сообщением.

***— Он будет похож на меня, вот увидишь!

— Арсен, да сядь ты, не мельтеши, ну нет никаких сил на это смотреть, — скривился Роман.

— Я бы глянул на тебя, если бы там твой Макар рожал, — Арсен продолжал мерить шагами гостиную от стенки к стенке, — что ж так долго…

В гостиную заглянула Вероника.

— Слушайте, имейте совесть, столько пить! — возмутилась она и попыталась отобрать у них бокалы.

— Мы снимаем стресс, Никуся, — объяснил Роман.

У обоих запиликал вайбер.

— Мальчик! Три восемьсот, пятьдесят шесть сантиметров, — прочли они одновременно и победно взглянули друг на друга.

— Какая прелесть! — обрадовалась Вероника, заглядывая мужу в телефон.

— У него есть родимое пятно, Рома! — прошептал Арсен, прочитав второе сообщение и разглядывая фото Макара с крошечным ребенком на груди. — Погляди, он же на меня похож!

— Еще чего не хватало! — не выдержал Демидов и едва заметно перекрестился. — Не выдумывай, Арсен, мальчик на Макара похож, тот когда спит так же лоб морщит.

— Ром, может сейчас махнемся, я тебе завод, ты мне пацана, а Демидовым будет следующий?

Роман посмотрел на жену, разглядывающую экран, и беззвучно, одними губами послал Ямпольского.

Конец"