Знала лишь, что «Манхэттен» — это отель, принадлежащий олигарху и миллиардеру Ямпольскому, там же по слухам у него имелись собственные аппартаменты. Целую неделю в офисе только и разговоров было о Ямпольском, но это было совсем не удивительно, зная, кто спонсировал предстоящий конкурс.

— И побрякушками она пришла увешанная как новогодняя елка, там на десятку зелени точно будет, — продолжила Кристина, и Эва ободряюще улыбнулась.

Кристина ей нравилась — дочка мамы-прокурора, абсолютно безбашенная, никаких «стопов», и при этом без малейшего намека на спесь или высокомерие.

И сейчас в ней говорила не зависть, а скорее, стремление к справедливости. Да и Снежану в коллективе не особо любили.

Эве вообще нравилось работать с девочками, и сами девочки нравились, и работу свою она любила, хоть поначалу было сложно привыкнуть к тому, что дочка остается с няней. Няню рекомендовала София, и нареканий на нее у Эвы пока не было.

Навроцкий ее не торопил, подбрасывал заказы, которые можно было делать удаленно, но Эва понимала, что долго засиживаться дома нельзя. Она поставила себе цель — вернуть сестре долг как можно скорее, а значит ей как можно скорее следовало выйти на работу.

Три года назад, уехав от Макара, Эва некоторое время терзалась, правильно ли поступила, что уехала, не дождавшись его, сбежала как преступница. А ведь он несколько раз повторял, как чувствовал: «Дождись!» И что про Машку не сказала, тоже терзалась, пока не увидела месяца через три репортаж из светской хроники — чета Демидовых на одной из презентаций. Хоть картину с них пиши, и кстати, на беременную сестренка никак не тянула.

Потеряла ребенка? Или обманула? Эва жадно рассматривала фотографии.

Ничего нового, сияющая Алена и каменноликий Макар, но он всегда такой. На фото такой. Эва знала его другим, помнила, как менялось его лицо, когда он играл с дочкой. Или когда смотрел, как Эва ее кормит, или когда он ворвался в родзал и увидел Эву на каталке, или когда нашел ее полуживую, сгорающую от лихорадки."

"Каким же он был настоящим? Ведь на видео, которое с триумфальным видом демонстрировала ей Алена, он тоже был настоящим, Эва до сих пор помнит отчаяние и ревность, которые охватили ее при виде ритмично поднимающейся и опускающейся спины Макара.

И она помнит, каким возбужденным он от нее уехал. Так может… Может, не стоило его отпускать?

У Эвы от кончиков пальцев до корней волос бежали тоненькие струйки, когда она представляла, как все закончилось бы, не оттолкни она тогда Макара. И внутренний голос подсказывал, что все тогда было бы по-другому.

Навроцкие помогли купить квартиру в столице и продать ту, что досталась от мамы, а поначалу поселили в одной из своих квартир.