Он там работал на рубеже девятнадцатого-двадцатого веков, маскируясь вначале под муфтия, потом — под предводителя басмачей, затем — под красного комиссара, а под конец лет десять прослужил секретарем райкома.

У окна стояли Данила и Фарид. Даже моих способностей хватало, чтобы заметить пурпурное мерцание магических жезлов, спрятанных в их рукавах.

Вполне заурядная раскладка. Без охраны в такие минуты штаб не оставляют. Данила и Фарид бойцы не самые сильные, но опытные, а это зачастую куда важнее грубой силы.

Но вот как относиться к еще одному Иному, находящемуся в комнате?

Он сидел в уголке, на корточках, скромно и незаметно. Худой как щепка, щеки впалые, черные волосы коротко, по-военному, пострижены, глаза большие, печальные. Возраст совсем непонятен, может, тридцать лет, а может, и триста. Темная одежда. Свободный костюм и серая рубашка хорошо гармонировали с обликом. Человек, наверное, принял бы незнакомца за члена маленькой секты. И в чем-то был бы прав.

Это был Темный маг. Причем маг высочайшего уровня. Когда он вскользь взглянул на меня, я почувствовал, как скорлупа защиты — не мной, между прочим, поставленная! — затрещала и начала прогибаться.

Я невольно сделал шаг назад. Но маг уже опустил глаза в пол, словно показывая: зондирование было случайным, мимолетным…

— Борис Игнатьевич. — Я почувствовал, что голос мой слегка хрипит.

Шеф коротко кивнул, потом повернулся к Темному магу. Тот сразу же уставился на шефа.

— Выдай ему амулет, — отрывисто велел шеф.

Голос Темного оказался грустным и тихим, как у человека, удрученного всеми бедами мира сразу:

— Я не делаю ничего запрещенного Договором…

— И я не делаю. Мои сотрудники должны быть иммунны к наблюдателям.

Вот как! В нашем штабе — наблюдатель со стороны Темных. Значит, рядом развернут полевой штаб Дневного Дозора, и там сидит кто-то из наших."

"Темный маг опустил руку в карман пиджака, порылся, достал резной костяной медальончик на медной цепочке. Протянул мне.

— Бросай, — сказал я.

Маг слегка улыбнулся, все так же меланхолично и сочувственно, взмахнул рукой. Я поймал медальон. Шеф одобрительно кивнул.

— Имя? — спросил я.

— Завулон.

Я не слышал раньше этого имени. Либо он не слишком известен, либо стоит у самых верхов Дневного Дозора.

— Завулон… — повторил я, посмотрев на амулет. — У тебя нет больше власти надо мной.

Медальон потеплел в ладони. Я надел его поверх рубашки, кивнул Темному магу и подошел к шефу.

— Такие дела, Антон, — сказал шеф чуть неразборчиво, не выпуская из губ мундштук кальяна. — Такие дела. Видишь?

Посмотрев в окно, я кивнул.

Черный вихрь вырастал из такой же девятиэтажки, как та, в которой мы находились.