Если ту же мелодию включить не на полную мощность, а потихонечку, в комнате или в клубе, в ресторане или на общественном пляже, она – Сибиряк был уверен – произведет тот же эффект. Может, не так быстро, как сейчас, может, не в той же степени, но эффект будет. Несомненно. Это стоило обдумать. Этим стоит заняться, как только закончится… как только закончится все это.

От группы людей, застрявших посреди пустоши, отделилась фигура в милицейской форме.

– Давай, Федор Кузьмич, давай! – шепнул Сибиряк, догадавшись, что намерен предпринять Денисов.

Неваляшка, придя в себя, снова примется за драку, точнее – за избиение. Может быть, он вновь обрушится на магический щит и обитателей общины, причинивших ему боль, а может быть – снова на объединенные силы Светлых и Темных. Сколько их, самых стойких, осталось вблизи лагеря? Скольких удастся собрать для атаки? Кто знает… Уничтожив неваляшку, они избавятся от самого непредсказуемого, самого неуязвимого соперника. Если бы не он, возможно, барьер уже был бы пробит всеобщими усилиями. И Лиля, и Химригон, и они с Аесароном слишком много отдали, чтобы противостоять порождению Сумрака. Исчезнет сумеречная тварь – исчезнет лишняя головная боль, можно будет снова приняться за основную проблему.

Денисов, шатаясь, взобрался на яр, подошел к краю обрыва. Голова ползущего на четвереньках существа была почти напротив. Участковый что-то сказал, неваляшка медленно повернулся. Следы побоев на плечах и груди в увеличенном виде казались просто чудовищными. На гигантском лбу и под огромными глазами в бешеном ритме пульсировали набухшие кровеносные сосуды. В самих глазах читались тоска и обреченность. Раненый зверь, который молит, чтобы его поскорее добили.

– Давай, Федька, не тяни! – шепотом подбадривал участкового возникший рядом с Сибиряком Аесарон.

Участковый поднял руки, протянул к сумеречной твари ладонями вверх. Даже отсюда, из отдаления, было видно, как всколыхнулся, забурлил Сумрак, впечатленный мощью, таящейся в руках пожилого мага.

– Что это? – оторопело пробормотал Сибиряк. – Что он делает?!

Левая ладонь Денисова окуталась темной дымкой, на правой вспыхнул лепесток яркого огня.

– Федька, не дури! – во все горло заорал Аесарон."

"Федор Кузьмич – единственный, кто подобрался к неваляшке настолько близко и в такой подходящий момент, единственный, кто мог одним ударом, одним направленным воздействием первой степени под названием «Светлый Клин» избавить мир от порожденного Сумраком чудовища, – Федор Кузьмич на глазах у бессильных что-либо изменить Высших магов передавал врагу оба мощнейших артефакта, Темный и Светлый.