Федор Кузьмич видел, как покачиваются исполинские кедры, как трепещут на ветру травинки, как забавно подскакивает на склоне оврага птаха, не в силах решить, чего ей больше хочется – летать, наслаждаясь простором, или сидеть в зарослях, выискивая насекомых. Все бы ничего, вот только тот мир не имел никакого отношения к этому. Потому что там, за стеной, в реальности располагалось село Загарино. Качались кедры – а Денисов слышал скрип колодезного ворота и отдаленный гул мотора. Пошевеливались пряные луговые травы – а до милиционера доносился запах дыма и домашнего хлеба. Вспархивала пичуга – а ему слышалось многоголосое мычание и блеянье перегоняемого с пастбища на водопой колхозного стада. Кто-то вырезал образ существовавшего где-то места и наложил картинку на реальность, прикрыв дома, машины, людей, прикрыв настоящую жизнь. Словно вставил в оконную раму вместо прозрачного стекла цветной витраж, сквозь который не видно, что происходит внутри, в комнате. Или включил телевизор, и ты любуешься красотами на экране, зная, что там, за стеклом кинескопа, – набор проводов, ламп и клемм.

Войти в Сумрак здесь не удавалось – Сумрака попросту не было, о чем свидетельствовал и ярко пылающий камень. Если в ста шагах от барьера амулет не только интенсивно мигал, но и гас время от времени, натыкаясь на крохи, унюхивая хоть что-то, хоть какие-то остатки Силы, то ближе он горел ровно и постоянно."

"Специально ли это было сделано? Или гигантский щит ненароком высосал всю энергию вокруг? Так или иначе, но подойти к барьеру через Сумрак не представлялось возможным. Сотворить заклинание и пройти сквозь стену – не представлялось возможным. Даже просто заглянуть на первый слой – не представлялось возможным. Эта бессумеречная окантовка щита – будто вспаханная пограничная полоса, на которой нарушитель виден как на ладони и бессилен что-либо предпринять. Этот крепостной ров – будто намеренно выжженный подлесок, искусственная пустошь, мешающая лесным пожарам перекинуться на человеческое жилье. Буфер. Изолятор.

Отойти подальше и ударить потоком чистой Силы? Велика вероятность, что щит впитает энергию «пресса». Сотворить огромный файербол и запустить его в стену с расстояния в сто шагов? Скорее всего не долетит, погаснет, как огонь в вакууме.

Задействовать «Светлый Клин»?..

От того места, где Денисов оставил «Волгу», к нему через пустошь неторопливо шел Аесарон.

– Здоро́во, Федька! – издалека прокричал он.

Единожды выбранный образ требовал постоянной эксплуатации, при встрече Темный маг ни на йоту не отступал от его составляющих – показного радушия и сбивающей с толку фамильярности. Правда, сегодня возглас был менее радостным, чем обычно.