«Ничего страшного в том, что двое из них были взяты в плен в бессознательном состоянии, нет. Высокому гостю этого знать вовсе не обязательно. Главное, они пленены о х р а н о й склада, а не всеми прочими…» – промелькнула в голове начальника охраны самодовольная мысль.

– Неплохо! Но, герр гауптман, по пути сюда я видел на поле два подбитых танка – как такое могло произойти? – вопросительно наклонил голову визитер.

– К сожалению, герр майор, нападавшие ухитрились незаметно уничтожить расчет зенитного автомата – он-то и послужил причиной того, что два танка получили некоторые повреждения…

– Некоторые? Один из них, как я успел разглядеть, вообще сгорел!

Гауптман развел руками:

– Превратности войны, герр майор… Мы тоже не всемогущи, увы…"

"Он не особо сильно переживал по этому поводу.

Рапорт о том, что проводимые контрразведкой мероприятия по устройству ловушки для русских диверсантов проводятся с явными нарушениями режима охраны объекта особой важности, был им направлен руководству загодя. Это некоторым образом снимало с начальника охраны часть вины – противодействовать контрразведчикам тот не мог. Но мог своевременно проинформировать свое руководство о происходящем. Что и не преминул сделать.

Выйдет все так, как планировали контрразведчики, – он проявил здравое и обоснованное беспокойство о вверенном ему объекте. Это похвально.

Не выйдет – гауптман заранее об этом предупреждал, но его доводы не были приняты к сведению. Или приняты, но выводы оказались неполными и недостаточными, должных мер предпринято не было.

Бой в лесу вели приданные охране подразделения егерей – их потери мало беспокоили начальника охраны. Это – не его солдаты.

А вот потери среди охраны оказались весьма чувствительны, и вот это требовало самого пристального внимания.

– Так-так… – сжал губы гость. – А у вас, герр гауптман, потери имеются?

«Вот же черти его забери! Бьет в больное место!»

– Да, герр майор. У меня убито семь человек. Один офицер и девять солдат получили ранения различной степени тяжести. Повреждены некоторые хозяйственные постройки, и часть забора разрушена огнем зенитного автомата.

– Постойте-постойте, герр гауптман, но ведь расчет зенитного орудия имеет большую численность? Восемь человек, по-моему, так? А вы говорите – только убито семь человек и сколько-то еще ранено? Как это так у вас получается?

– Батареи ПВО не входят в состав охраны склада и мне не подчинены.

Их командир не докладывал о своих потерях, и я, соответственно, ничего не могу вам доложить по данному поводу.

«И ведь ничего ему не скажешь! – мысленно восхитился изворотливостью начальника охраны Хайнеманн. – Не буду удивлен, если он уже успел подать рапорт руководству, обвиняя нас в самоуправстве и некомпетентности».