Гляди-ка, за отрядом следует обоз и какие-то механизмы. Похоже, файголитам придется туго. Трудно поверить, какие последствия повлекло за собой исчезновение кристалла Калиместиара из святилища Амайгерассы, — покачал головой Мгал и, последний раз взглянув на лес копий над всадниками, начал отползать от края утеса.

— Я надеюсь, ты не считаешь себя обязанным предупредить Хранителей Горы о появлении здесь Белых Братьев? — с тревогой в голосе спросил Эмрик, когда они вернулись под сень раскидистых деревьев.

— В этом нет необходимости. Они умеют собирать интересующие их сведения, и, кроме того, у них есть Пророческая Сфера.

Мне хотелось бы посмотреть на кристалл, если ты не возражаешь.

— Пожалуйста. — Эмрик раскрыл кожаную заплечную сумку, извлек оттуда тряпицу, развернул ее и положил в ладонь северянина хрустальный куб. — Он по праву принадлежит тебе, и, клянусь Усатой змеей, я с радостью сниму с себя заботу о нем.

— Ну разве не удивительно, что от такой безделушки зависит судьба множества людей? — прошептал Мгал, вглядываясь в глубину тяжелого прозрачного куба, пронизанного тончайшими металлическими волосками, подобно струнам, натянутым между его ребрами.

— Теперь дело за немногим — отыскать сокровищницу Маронды.

— Вот уж и правда пустячок! — хихикнул Гиль.

— К сожалению, это действительно будет нелегко, и все же я знаю, что должен добраться до сокровищницы Последнего Верховного Владыки Уберту. Если это не сделаем мы, то может сделать кто-то другой…

— Значит, несмотря ни на что, ты выбираешь Дорогу дорог?

— О какой дороге ты говоришь? — не понял Мгал."

"— Каждый идет по жизни избранным путем, своей, наиболее любезной его сердцу тропой, — сказал Эмрик задумчиво.

— Собственными дорогами идут Старший караванщик и Бергол, Хог и Хранители Горы: одни — дорогой алчности, другие — дорогой чести и долга. Мы с Гилем следуем за тобой. И лишь немногие — так гласят старинные предания — идут Дорогой дорог, той, на которой решаются судьбы народов и племен, судьбы всего мира.

— Взявшись за поиски ключа Калиместиара, ты, сам того не подозревая, вступил на Дорогу дорог, — продолжал Эмрик негромко, словно размышляя вслух. — Куда приведет она тебя? Кто знает? Будешь ли ты всю жизнь идти этой дорогой или свернешь, не вынеся тягот и опасностей пути, на укромную тропку личного благополучия? Присядешь ли отдохнуть на обочине, прельстившись зеленью свежей травы, чтобы, отяжелев и пустив корни, уже не подняться более, не взять в руки посох странника? Или будешь шагать и шагать вперед, пока не свершишь положенного или пока не придет твой смертный час? Кто может сказать? Однако я верю в тебя и рад, что встал с тобою на этот путь.