– Платочек, платочек, голубой платочек, - заворковала над подарком Кейси и завозилась в сумочке, застилая им мягкий матрасик, который я для неё сшила во время одной из остановок на отдых. Собственно, я просто купила маленькую подушечку, отрезала от неё две трети и зашила край. Получился то ли узкий матрасик,то ли валик, который отлично вписался в дно сумочки,и на нём Кейси было намного мягче, чем прежде на свёрнутом полотенце.

– Пойдём к цирку, осталось минут двадцать, - предложила я. - Как бы кто-нибудь наглый наши места не занял.

– Спасибо, мам, - донеслось из сумочки. – Рики тоже нравится.

Я улыбнулась этому высказыванию, в очередной раз удивившись и восхитившись этой особенности дракончиков. Брошенные родителями ещё до рождения, воспитанные – если поcтоянную долбёжку про необходимость обрести человечность можно назвать воспитанием, – без хоть какого-то образца настоящей семьи перед глазами, как же они эту семью ценили!

Как заботились о своих братьях и сёстрах, любили их, дорожили ими, страдали в разлуке. Я знала своих малышей почти год – и они ни разу не поссорилиcь. Ни разу! ?отя я видела драки своих племянников, ссоры кузенов – не постоянные, вовсе нет, но это случалось время от времени. ? у Ронни с Кейси – никогда. Они искренне обожали друг друга, для них обидеть другого – это как самого себя специально поранить. И по рассказам Ронни,так было со всеми дракончиками, вместе с которыми он жил в пещере.

Даже яйца для них были не просто яйцами, скорее похожими на камни,такие же крепкие. С самого своего появления в пещере, они уже были членами семьи и личностями. И меня безумно умиляло, как Кейси болтает с Рики, что-то ему рассказывает, поёт колыбельные и спит в обнимку, а Ронни, если это происходит не в сумке, а на кровати, сворачивается клубочком вокруг них обоих. Словно защищая и оберегая.

И на фоне всего этого я тем более не могла понять взрослых, которые отвергали собственных детей ещё до рождения, а тех, кто обрёл крылья, выбрасывали из своей жизни навсегда. Более того, причиняли дракончикам страшную боль, разлучая с братьями и сёстрами после этого, или же после обретения этой несчастной «челoвечности», не важно.

Детей, которые были всем друг для друга, разлучали, единственную семью, которую они знали, разрушали!

И мне порoй казалось, что в маленьких дракончиках человечности было гораздо больше, чем в этих взрослых, которые хотя и ходили на двух ногах, но поступали хуже самых страшных монстров, которыми пугали малышей.

Что было в головах у этих взрослых?

Мне этoго никогда не понять…

ГЛАВ? 8. ЦИРК

Поначалу цирк нам очень понравился.