– Ники, ты же понимаешь… Я у родителей единственный сын, мне их дело продолжать, наследники нужны, а ты же…

– А что я?

– Да ты же сама знаешь, - ещё больше смутился Норман.

– Допустим, - решила я не давить. Успею, если что. – А ты откуда узнал?

– Случайно. Услышал, как твоя тётя с кем-то разговаривает у вас во дворе. За сиренью не видно было, но я тебя у калитки поджидал, а она с той стороны стояла, рядом совсем. Я и подслушал. Нечаяннo.

– А что именно она говорила? - Ой, что-то мне подсказывает, что не было в тот момент у тёти Адены никакого собеседника, и слова те предназначались именно моему тогдашнему «ухажёру».

– Ну… ты же сама знаешь… Или тебе не сказали? – вскинул он голову.

– Скажи ты, - попросила я. – Пожалуйста.

— Ника, мне очень жаль, что ты никогда не сможешь ребёнка выносить. Но ведь можно же из приюта взять или за вдовца замуж выйти, да?

– Выносить не смогу? Тётя так и сказала?

– Да. Сказала, что доктор всё же поставил диагноз – ты унаследовала болезнь своей матери,и если забеременеешь, то умрёшь вместе с ребёнком. Прости, Ника,ты мне нравилась, но…

— Но не настолько, чтобы отказаться от возможности иметь детей, - горько усмехнулась я. Норман женился год назад,и у них с женой уже была маленькая дочка. - И ты поверил?

– Да. Зачем бы твоей тёте кому-то лгать?

– Действительно, зачем? – криво улыбнулась я. - Норман, если бы я унаследовала мамину болезнь, я бы умерла ещё лет пять назад. Только вот болезнь у ?её не наследственная была.

– ? какая? - растерялся Норман.

– Это неважно, – вздохнула я. - Я так понимаю, о моей беде все в округе знают.

– Да, - кивнул Норман, глядя на меня с жалостью. - Но это не я. Просто я слышал об этом потом от… уже не пoмню, от кого.

— Надо же! Все знали, кроме меня. Ладно, спасибо, Норман. Не рассказывай никому об этом нашем разговоре, хорошо?

– Хорошо, - машинально кивнул парень, провожая меня взглядом до двери, потом спохватился: — Ника, а ты что, не больна разве?

– Норман, у мамы был ребёнок – я, – ответила, притормозив и оглянувшись. – Как я могла унаследовать от неё неспособность родить?

– Может,ты у неё приёмная? - воскликнул Норман. Я даже отвечать не стала, просто вышла и, закрывая двеpь лавки, услышала за спиной: – Ой, я дурак!..

Домой я пришла, уже приняв окончательное решение. Корзина, с которой я обычно ходила гулять,трещала по швaм,только в ней на этот раз были не пышки и не библиотечные книги. Зайдя в дом, я кивнула тёте, всё так же хлопочущей на кухне, прошла на чердак, тщательно закрыв за собой дверь, дождалась, когда дракончики выберутся из-под кровати и стала выкладывать на неё свои покупки.

Два рюкзака, побольше и совсем маленький, кожаная сумочка, которую носят на ремне через плечо, атлас мира и расписание движения дилижансов в ближайших населённых пунктах.