И одна же криворукая официантка.

Прячусь за стойкой с платками и стыдно слежу за ним.

Он не один, но мужчину, который к нему периодически обращается, я не узнаю. Они выглядят ровесниками. У спутника Темирова приятная внешность. Волосы русые. Лицо типично славянское. Улыбка широкая. Его расслабленно-веселая мимика разительно контрастирует с нахмуренными сейчас депутатскими бровями. Незнакомец крутит в руках какую-то безделушку и говорит что-то Темирову. А вот Темиров на привычном для меня игноре. Смотрит в телефон и даже не делает вид, что слушает.

Как будто по самую макушку погружен в жизнь внутри смартфона.

Только почему-то даже коротенькое: «ок, Лена» отправить мне не удосужился. Несознательно бужу в себе обиду. Вслед за ней просыпается упрямство. И почти сразу ловлю быстрый взгляд.

Глаза депутата отрываются от телефона резко и так же резко разоблачают мое наблюдение. Хочется дернуться и отскочить, но тело наоборот замирает. Дыхание тоже.

Депутатская бровь изгибается, но я не чувствую во взгляде искреннего удивления. Вместо того, чтобы смутиться, зеркалю Темирова таким же жестом.

Уголки красивого мужского рта приподнимаются.

Мое сердце ускоряется удар за ударом.

Это похоже на игру.

Он блокирует мобильный и прячет в карман, после чего – поворачивается к мужчине.

И это... Черт, обидно!

В Кали Нихта я стерпела, а сейчас взрываюсь возмущением. Я же не пустое место. Мы знакомы. Со мной, как минимум, неплохо было бы здороваться!

Депутатская бесцеремонность провоцирует всплеск моей храбрости. Я выпускаю из пальцев шаль. Выхожу из своего укрытия и делаю шаг навстречу.

Сама поздороваюсь. Проведу народному избраннику мастер-класс.

– Здравствуйте, кирие Андрей! – Обращаюсь громко и бодро. Сердце при этом уже навылет. Подхожу почти вплотную и борзо вздергиваю подбородок, чтобы смотреть в глаза, а не куда-то в кадык.

Игнорировать это многоуважаемый Андрей при всем желании не смог бы. Ему приходится повернуться и даже на меня посмотреть. Карие глаза при этом искрят плохо скрываемым весельем.

Господи, когда я успела его изучить? И зачем?

– Добрый день, Еленика.

Скорее всего, смирившись, Темиров даже голову склоняет, но руку не протягивает. А я свои прячу за спиной и сильно-сильно сжимаю пальцы в замке.

Неловкость и адреналин волнами жара и прохлады пробегаются по моей спине. А может быть это специфика работы крутящегося вентилятора.

– Какими судьбами вы в Калифее? – Светская собеседница из меня ужасная. У самой зубы скрипят от натужного энтузиазма, но и просто пялиться на него было бы глупо. Я играю во взрослую.

– Обедал.

– А я с подругами отдыхаю.

– Молодец.

Разговор затухает. Это ""молодец"" звучит как ""абсолютно похуй"". Моя самоуверенность покрывается трещинами.