— Смотрим, — коротко бросил Марат и снова уставился на экран. Никольский в этот раз сразу прошел к кассе, вытащил наличку и отправился обедать…

— Мы можем хоть за весь год просмотреть. Но удивительное совпадение, Елена Анатольевна: и данные камер, и свидетели, все показывает на вас.

— Глупости, — фыркнула Ленка. — Тут общий сговор с целью меня опорочить. Галка, Сашка и Катька. Кому вы верите?

— Да как вы можете? — возмутилась Галина Федоровна. — Квартал закрою и уйду, — нервно бросила она.

— За Катей своей побежишь? — скривился Буров. — Только Наумова теперь с волчьим билетом.

Воровку никто на работу не возьмет! Я уж позабочусь…

— Я прошу вас, Сергей Петрович, не делать скоропалительных выводов и лишних движений, — рыкнул Алтаев. — Как бы потом извиняться не пришлось…

— Ой, я вас умоляю, — нехорошо усмехнулась Ленка.

— Завтра продолжим, — решил Марат, морщась от головной боли. Он, глянув на часы, намереваясь все-таки заехать к Катерине. Объясниться. Рассказать о собственном расследовании. Была еще какая-то странность, которую Марат не мог ухватить за хвост. Что-то ускользало от уставшего Алтаева, как он ни пытался хотя бы понять, что именно его насторожило.

— Вы не думайте, что я с Катериной Альбертовной в сговоре состоял, — предупредил его на парковке Никольский. — У нас с ней плохие отношения были. Она меня не переваривала. Общалась строго по делу. А я ее терпеть не мог…

— Что так? — усмехнулся Алтаев, выключая сигнализацию на Крузаке.

— Да я как-то на корпоративе подкатился к ней. Пьяный был. Сами понимаете…А она мне ногой в ухо заехала. Ну и народ долго насмехался надо мной.

Звали «в ухо трахнутый». А Катерина Альбертовна даже не извинилась.

— Ну ты же сам виноват, — хохотнул Алтаев и собрался уже предупредить, чтобы и думать не смел о Кате Наумовой, как в кармане брякнул сотовый.

— Да, деда Петя, — глухо отозвался Марат. — Случилось что? — насторожился он, прекрасно зная, что старый сосед из Синичкина вряд ли позвонит просто так.

— Эта-а, Маратик, — пролаял старик в трубку. — Я тут к Витале зашел. Что-то плохо ему, сердечному. Вроде как помирать собрался. Вовку зовет, Руслана и тебя. Ты бы приехал, а?

— Я сейчас приеду, — заверил соседа Алтаев.

 — Может, скорую вызвать?

— Так не знаю я. Лара-фельдшерица тут, говорит, кончается…"

"— Дайте ей трубку, — отрывисто велел Марат и, махнув Никольскому, прыгнул в машину. — Что там, Лариса Ивановна? — промычал он, понимая, что с Виталей случилась беда.

— Дыхание поверхностное, Марат. Приезжай скорее…

Пока мчался в Синичкино, он позвонил Корнееву и брату. А сам мысленно отчитывал себя.

«Ну какого подхватился к Витале ехать? — поморщился он.