И если он отступит сейчас — то не сочтет ли Саша Александровна его бесчестным трусом?

А если не отступит? Значит ли это, что Гранин, себялюбивый старик, испортит жизнь юной, пылкой барышне?

Он был ужасной партией для нее — Саша Александровна вправе была рассчитывать на супруга, подходящего ей по возрасту и характеру, не обремененного вдовством и взрослыми сыновьями.

И это не считая бедности его и отсутствия титулов. Положим, Лядовы весьма вольно относились к положению в обществе, но то на словах.

Александр Васильевич же и вовсе не намеревался когда-либо выдавать дочь замуж, опасаясь, что она повторит судьбу своей несчастной матери и умрет родами.

Заикнись только Гранин о предложении руки и сердца — ему несдобровать.

Решительно все было против них с Сашей Александровной, и рассудком Гранин прекрасно это понимал.

Но его шальное, вновь молодое сердце пело и не желало слушаться рассудка.

Оно не стыдилось и не сомневалось, оно торжествовало.

К тому времени, когда Гранин вдоволь намахался лопатой и явился к завтраку, усадьба уже проснулась и ходила ходуном.

Марфа Марьяновна и кухарка Анна проверяли продукты, прикидывая, какими праздничными яствами будут угощать крестьян и одаривать колядующих.

Все устали от долгого поста и с нетерпением ждали сочельника.

Саша Александровна и модистка Ани разложили в передней старые шубы, разные отрезы тканей, еще какие-то махры и теперь бурно обсуждали, кто в кого обрядится и какие костюмы они смогут пошить.

— Слава богу, Михаил Алексеевич, — утомленно произнесла Изабелла Наумовна, — вы хоть рассудительный человек. Объясните им, что я не желаю изображать козу!

Саша Александровна, стоявшая на полу на коленях и прикладывающая к себе лисий воротник, вскинула на него смеющиеся глаза.

И Гранин застыл, восхищенный исходившим от нее сиянием.

Никогда прежде она не выглядела настолько счастливой.

— Михаил Алексеевич, — лукаво воскликнула Саша Александровна, — станет у нас серым волком, правда, Ани?

— Как пожелаете, — едва сумел ответить он.

— И вы туда же! — упрекнула его Изабелла Наумовна. — Давайте уж завтракать, право слово. Саша, брось эту ветошь и ступай за стол, ты ведь не ребенок.

— Ну и пусть не ребенок, стану гадать на женихов, как большая, — она легко поднялась, прижала руки к груди, — суженый-ряженый, явись!

— Ни за что бы на его месте не явилась, — парировала гувернантка язвительно, — встреть меня невеста в наряде медведицы.

Саша Александровна засмеялась, быстро подлетела к ней, звонко расцеловала, надула щеки, изображая какой-то важный чин, и подала согнутую в локте руку, приглашая сопроводить в столовую.