Лучше на ходу выпасть на дорогу или попасть под машину.

Да все, что угодно лучше, чем попасть к этому ублюдку.

— Отпустите меня. Сейчас же, — я с трудом произносила слова. Страх душил. Ровно так же, как он не давал мне выровнять дыхание.

Мои слова остались без ответа и отпускать меня явно никто не собирался, а я уже ладонью начала стучать по стеклу. Нервно и испуганно.

Прошло не больше пятнадцати минут, как машина заехала на территорию сада. Где-то вдалеке виднелся особняк. Огромный. Абсолютно во всех окнах горел свет и, судя по гулу голосов, а так же музыки, там проходила вечеринка. Издалека я даже увидела бассейн, в котором плавали полуобнаженные девушки.

Но джип и близко не подъехал к особняку. Эти два парня остановили машину примерно на середине сада, после чего выволокли меня на улицу.

Прохладный ночной воздух обжег легкие и растрепал волосы, а я не могла их даже нормально поправить, настолько сильно дрожали руки.

— Я написал Тайлеру, что у нас охренеть какое важное дело. Он сейчас подойдет, — сказал парень, возвращая свой телефон обратно в карман джинсов. — Куда, блядь, собралась?

Я успела отбежать лишь на пару шагов, как огромная ладонь сжалась на моем предплечье и дернула назад. Сделала это с такой силой, что я взвизгнула от резкой боли. Секунда, и крупная ручища этого парня оказалась на моей шее. Сжимая и перекрывая доступ к кислороду.

Незнакомец внимательно вглядывался в мои глаза, делая шумные и глубокие вдохи.

— Твою мать, — его голос звучал мрачно, не предвещая ничего хорошего для меня. Но обращался он не ко мне, а ко второму парню. — У нее сегодня пробуждение. Восемнадцать, значит, исполнилось?

Я судорожно выдохнула.

Испугавшись даже того, что этот альфа ощутил то, что у меня сегодня наступление совершеннолетия. Это день, когда омеги пробуждаются и получают свой запах.

Обычно никто не отмечает восемнадцатилетие, ведь пробуждение сопровождается температурой и ломкой.

И я его не праздновала. Сидела в своей спальне. В тишине и покое.

А потом оказалась тут.

И уже сейчас мне было по-настоящему плохо. Если изначально мне казалось, что мое пробуждение пройдет бессимптомно, то сейчас я физически ощущала жар и то, как ноги подкашивались. Безумный бег по запретным районам явно не пошел мне на пользу."

"Для меня минуты превратились в вечность, во время которой я испытала свой личный ад, раз за разом надеясь лишь на одно — на то, что Тайлер не придет.

И, когда прошло по меньшей мере пятнадцать минут, надежда стала крепчать. Все же у него день рождения и его, элементарно мог кто-то отвлечь.

Вот только, когда моя вера в чудо стала сильнее, я в полумраке увидела громоздкий силуэт, приближающийся к нам по тому участку сада, который исходил от особняка, но совершенно не был освящен.