— Справляется?

— Справляется, — кивает Камиль, который, в отличие от меня, ни разу не отвел взгляда. — Но тебе и в подметки не годится.

17

«Неплохо бы еще обсудить вывеску и подумать над летней террасой», — печатаю я по пути в свой кабинет.

«Что думаешь по поводу бизнес-ланчей? Не скатит нас до уровня кафе?»

Только вовремя поднятый взгляд спасает меня от того, чтобы не врезаться в дверь. Притормозив, я продолжаю увлеченно молотить пальцами по экрану:

«Если будем подавать оливье с колбасой и борщ, сваренный на тушенке, то точно скатит. С ланчами я подумаю. Стоит оно того, или нет».

«Договорились».

Вернувшись на свое рабочее место, я не сразу ныряю в монитор, а еще какое-то время покачиваюсь в кресле с блуждающей улыбкой на губах. С появлением Камиля в «Холмах» моя жизнь словно повернула вспять. Я снова разрываюсь между двумя проектами и откровенно от этого кайфую. Снова засыпаю, обуреваемая новыми идеями, снова встаю без будильника и приезжаю на работу заряженная бодростью, не прибегая к допингу в виде кофе. Я обожаю Кокорина, но при всем моем уважении к нему, сотрудничество с Камилем — это какой-то другой уровень взаимопонимания.

Ты, главное, не переходи грань делового взаимодействия и ничего себе не придумывай, — строго напоминаю я себе. — И обмен сообщениями не принимай на свой личный счет. Просто радуйся тому, что его имя больше не отзывается обидой и болью.

А тут же возражаю самой себе: Эй, да за кого ты меня принимаешь? Второй раз вставать на те же самые грабли? Я не дура, вообще-то.

Дура не дура, но то, что теперь мое настроение вальсирует на отметке «эйфория», отрицать нельзя. Правда я и этому нахожу логическое объяснение. В последнее время мне стало не хватать привычной гонки и работы в условиях многозадачности.

С приходом Камиля все это я снова получила. Если Игорь Станиславович обычно выслушивает мои предложения и либо утверждает их, либо отклоняет, что, к счастью, бывает редко, то Камиль приходит со своими идеями и со своим упрямым видением. И даже если я не всегда их разделяю, это становится поводом посмотреть на проект под другим углом.

— Я сегодня ухожу пораньше, — приблизительно за час до окончания рабочего дня вдруг объявляет Диляра.

Оторвав взгляд от монитора, я вижу, как она тщательно красит губы и приглаживает волосы, и решаю не игнорировать очевидное:"

"— Идешь куда-то?

— Меня пригласили на свидание, — немного заносчиво звучит в ответ.

Видимо, в мыслях коллега все еще воюет со мной. — У Игоря Станиславовича я, если что, отпросилась.

Я желаю ей отлично провести время, но про себя скептически качаю головой. Ну кто же отпрашивается с работы на первое на свидание? Если парень действительно заинтересован, то не развалится — часок подождет. Эх, Диляра-Диляра.