Мне будет приятно."

"Я нарочно прошу Алексея принести самый дорогой кусок торта, чтобы уж ублажить новоиспеченного шефа как следует. А вместо капучино прошу гляссе с ореховым топпингом. Кто увидит нас со стороны — точно решит, что это никакая не деловая встреча, а свидание. А это ведь деловая встреча, верно?

— Для чего ты меня позвал? — спрашиваю я, уставившись ему в глаза и стараясь в этот момент не думать, насколько грязными выглядят мои волосы. — Надеюсь, не десерты дегустировать.

— Нет, не для этого, — голос Камиля звучит серьезно, но взгляд искрится весельем. — Может, все-таки дождемся, пока принесут торт.

А то ты выглядишь недружелюбно настроенной.

— Не помню, чтобы тебя это пугало.

— Ладно, — усмехнувшись, отвечает он. — Хотел обсудить перспективы работы ресторана. Нужно твое мнение. В формальности выражений нет нужды. Расскажи своими словами: как видишь стратегию развития и в чем заключаются основные затыки, по твоему мнению.

Теперь приходит мой черед усмехаться. Потому что я искренне не понимаю, для чего он его купил.

— Основной затык заключается в том, что это ресторан при отеле, разумеется. Если у него нет мишленовских звезд или заоблачного рейтинга на Трипэдвайзере, никто не станет воспринимать его всерьез.

Ну кому из туристов хочется сутками торчать в четырех стенах, когда можно просто перейти улицу и налопаться бургеров и суши в культовых заведениях.

— Понимаю. А на чем сейчас делают основную прибыль?

Веселье полностью исчезло из его глаз, уступив место сосредоточенному выражению. Меня даже посещает ностальгия по тому времени, как мы сидели в его кабинете в автосалоне, устраивая мозговой штурм.

— Заказы в номер по вечерам и завтраки.

Ну и еще чай и кофе для тех, кто любит устраивать встречи в лобби.

— Понял. А что по стратегии. Каково твое личное видение развития?

Этим вопросом Камиль попал в яблочко, ибо говорить об этом я могу часами, что я начинаю делать, напрочь забыв о прошлых разногласиях.

— Покажешь потом результаты того, что уже внедрила, — говорит он, когда мой эмоциональный монолог, наконец, стихает. И, тронув тарелку с моим нетронутым десертом, с улыбкой добавляет: — Ешь давай. Выглядит неплохо.

Я снова ловлю себя на том, что броня, наросшая за время, что мы не виделись, вновь трескается.

Когда Камиль берет на себя труд быть милым, ему сложно противостоять.

— А как у тебя дела? — спрашивает он, пока я ковыряю десерт. И тон у него в этот момент очень личный, что ложка в моей руке дергается.

— У меня все хорошо, — отвечаю я, на секунду встречаясь с ним глазами. — Живу, как видишь. Работаю.

В своем ответе ему я не пытаюсь играть или огрызаться. Полчаса, проведенные наедине, смягчили меня и обезоружили.

— И как там, кстати, моя замена? — добавляю я через паузу.