Глубоко вздохнув, я сверлю взглядом его переносице, всем видом давая понять: «А ты как хотел?».

— В следующий понедельник будет собрана планерка с обсуждением планов и предложений относительно дальнейшего развития ресторана, — говорит он, продолжая игнорировать мой явный вызов. — Не хотелось бы выстраивать наши рабочие отношения с нуля из-за прошлых разногласий.

Мне едва удается не фыркнуть ему в ответ. Внутри неприятно щемит. С недавних пор каждое неосторожное слово стало иметь значения. Из-за прошлых разногласий. Вот так просто мы стали прошлым, не требующим пояснений.

И я, черт подери, это и сама понимаю, но слышать это от того, кто и явился причиной тех самых разногласий, больно. А еще больно, что за каких-то пару месяцев я стала такой ранимой и иррациональной. Ау, мозги! Включитесь уже. Ну пожалуйста!

— Думаешь, закачу истерику? — Окунув ложку в принесенный суп, я скептически кривлю рот. Мне нравится, что голос в звучит спокойно и иронично, несмотря на эмоциональную абру-кадабру, творящуюся внутри.

— Нет, я так не думаю, — медленно произносит Камиль, оглядывая меня со значением. — Думаю, что для этого ты слишком умна и профессиональна.

— Комплимент оценила. Благодарю. Тогда к чему была эта ремарка о выстраивании рабочих отношений с нуля?

— Заказать тебе десерт?"

"Теперь мне хочется потереть ухо, чтобы убедиться, что я не ослышалась. Да нет, не ослышалась, иначе с чего бы ему улыбаться?

— Да что с тобой сегодня? — уточняю я, поморщившись. – Когда ты ведешь себя мило, то начинаешь меня пугать.

— Решил поднять тебе настроение.

— С моим настроением все более чем в порядке, — отрезаю я. — И проблем в выстраивании рабочей коммуникации у нас не будет. Так что не обязательно пичкать меня калориями.

А вот теперь я себе не нравлюсь, потому что откровенно огрызаюсь, демонстрируя уязвимость. Просто меня задевает и приводит в недоумение этот нетипичный способ нашего общения. Ведь именно я — легкая уверенная в себе фея, а Камиль — угрюмый немногословный бирюк. Так и хочется схватить его за грудки и рявкнуть: «Ну и по какому поводу у тебя такое хорошее настроение? Неужели до сих пор не дошло, какое счастье ты прое@ал?»

Однако, Камиль, невзирая на мой протест, уже подзывает официанта и просит его принести самый огромный и самый вкусный десерт.

— Ты кстати первая, кто узнал о продаже доли, — говорит он, когда Толик, окинув меня многозначительным взглядом, уходит. — Даже Кокорин еще не в курсе.

— Я должна почувствовать радость от оказанного мне доверия? Или это завуалированная просьба придержать информацию в секрете?

— Помнится, ты называла себя тщеславной, — глаза Камиля искрятся весельем. — Решил дать тебе повод ей побыть.