— Благодарение Господу! — в один голос отозвались леди Уитморленд и Элизабет.

Широкая улыбка расплылась и по лицу Джастина.

— Еще здесь написано, что леди Джессика, вне всякого сомнения, оказала услугу будущей герцогине Торнбери тем, что вбила для герцога пару колышков.

— Не буду делать вид, что все поняла, но на душе стало легче, — призналась Джессика, рухнув в ближайшее кресло.

— Судя по всему, случившееся лишь укрепило твою репутацию, — усмехнулся Джастин и передал газеты матери.

— Не понимаю, как это может укрепить мою репутацию, — отозвалась Джессика, уронив голову на руки. Она ни разу не падала в обморок, но если такой день должен наступить, то это как раз сегодня. — По меньшей мере я рада, что не придется скрываться в деревне и жить старой девой.

— Для меня это звучит просто как песня, — со вздохом добавила Элизабет.

— Ты осмелилась отвергнуть самого популярного кавалера в Лондоне, моя дорогая, — сложив газету, маркиза положила ее на столик перед собой. — Вот потому твоя репутация и укрепилась.

Джастин, хмыкнув, потер подбородок.

— Не могу понять, как работают мозги у представителей высшего света, но мне все это нравится: мало радости стреляться с тем, кого знаешь с самого детства.

Он сел рядом с матерью и принялся просматривать остальные материалы в газетах.

— Хорошо еще, что при мне не было пистолета, — фыркнула Джессика. Сейчас, когда ее репутации ничто не угрожало, она позволила себе немного бравады и уже не так злилась на герцога.

Джастин засмеялся:

— Не беспокойся, у меня есть, что сказать Торнбери.

Элизабет выпрямилась в своем кресле.

— О, ты что-то собираешься ему сказать? Можно мне поприсутствовать?

Джастин покачал головой.

— Я собираюсь потребовать, чтобы он извинился перед Джессикой, потому что не готов оставаться в стороне, когда оскорбляют мою сестру, и неважно кто, друг или враг. Такие разговоры не для посторонних ушей.

Джессика поморщилась и нахмурилась. Даже для того, чтобы получить извинения, ей не хотелось оказаться в одной комнате с ненавистным Торнбери. Можно не сомневаться: извинения от него будут в лучшем случае неубедительными.

— Откровенно говоря, если я никогда больше его не увижу, переживать не стану.

Глава 4

Клуб для джентльменов «Уайте»

Послеобеденное время в тот же день"

"Эйден с бокалом в руке устроился в глубоком коричневом кожаном кресле, задумчиво посмотрел на украшенный росписью потолок и сделал глоток бренди. Настроение было ни к черту. Он чувствовал себя тряпичной куклой, но ему было наплевать. Не следовало приходить сюда сегодня. Каждый, кто попадался здесь на глаза, не отказывал себе в удовольствии спросить, как он себя чувствует после вчерашнего.