Связаться с тобой на всю жизнь. Ты выйдешь за меня?

Воздух пропадает от одних только слов.

А пол под ногами будто рушится.

Не от слов Аяза.

А от взглядов других людей. Толпа идёт, смотрит на нас. Люди наблюдают. Ждут. И улыбаются.

Амир стоит за спиной Мирзоева.

И я неосознанно поднимаю взгляд именно на него.

Вижу выражение его лица, от которого лёгкие стягивает невиданной силой. Заглядываю в его глаза, вспыхивающие странным безумием.

Краем глаза цепляю сжатую челюсть. Напряжённую фигуру. Руки, скрещенные на груди. Кулаки, сжимающиеся от гнева.

– Ева? Так ты согласна?

* * *Спустя несколько часов

Я тяжело дышу, склонившись над раковиной. Я должна рассказать всё Аязу. Должна. А ещё лучше всё закончить. Я дура, раз решила такими способами избавиться от Амира. Я не подумала о чувствах Мирзоева, который мне ничего не сделал. Ничего!

А я так с ним поступила!

Использовала как щит перед отцом.

И пару часов назад я сказала «да». Не желая того, не думая ни о чём. Увидела глаза Амира в этот момент. Его состояние.

Всё затуманилось, а в голове словно звон колокола били только одни слова.

«Сделай ему больно».

«Как и он тебе тогда».

И я согласилась. Хотя не планировала этого! Никогда!

Была уверена в своём слове даже в тот момент, когда Аяз встал с колена, протянул кольцо к моей ладони. А я смотрела только на Амира.

Он стоял, не шевелясь. Но даже несмотря на это я видела, насколько чудовищно он зол.

Я ожидала всего. Но не того, что он, стиснув зубы, продолжит прожигать меня глазами. Как статуя.

И тогда я боялась, что шевельнувшись – он кого-нибудь убьёт. Вокруг него словно витала жажда убийства. Которой я совсем не понимаю.

И не знаю, что случилось бы, когда он пришёл в себя. Не успел. Мне резко стало плохо. Еда попросилась наружу. Аяз схватил меня, посадил в машину, и мы уехали.

И теперь… Стою тут. Снова не знаю, что делать. Опять путаница и начальная точка моего отправного пути, в которую я вернулась и теперь не могу уйти с неё.

Я всё расскажу Аязу. Про бесплодие, про ту ночь. Кто был тем, кто повинен во всём этом. А потом попрошу его поговорить с отцом, чтобы тот отстал от меня.

И уйду. Чтобы не рушить жизнь нам обоим. Да я не смогу рядом с ним находиться!

Я такой себя грязной чувствую…

От этого даже стоять не могу. Отрываюсь от раковины и с трудом выхожу из ванной. Мы с Аязом только недавно приехали домой. И я первым делом метнулась в ванную, лишившись завтрака.

Выхожу, собираюсь с силами. Направляюсь в гостиную. Аяз сидит на диване. И, видя меня, спешно и даже нервно блокирует телефон. Встаёт с дивана и осматривает меня с ног до головы.

– Ты в порядке?

– Вполне, – говорю безжизненным тоном.

– Тебя стошнило. С этим не шутят. Поедем в больницу.

Я и так собираюсь туда через час. Записалась к гинекологу из-за некоторых болей внизу живота.