А Санька вот не обошла, ничего, по обыкновению, не замечая от усталости, остановилась передохнуть в полуметре от его вытянутых ног.
«Пьяный», — подумала сразу первое приходящее на ум. Саша пригляделась повнимательнее. Может, он и был пьяным, но не алкаш, не бомж, это точно — одет весьма прилично, а при внимательном рассмотрении оказалось, что и дорого. А еще он плакал.
Здоровый такой мужик, лет около сорока пяти, дорого одетый, сидит в центре Москвы на тротуаре и плачет — ничего себе сюжетик!
И Сашку что-то зацепило.
Она волоком подтащила сумки к нему поближе, чтоб кто-нибудь, проходя мимо, ненароком не спер ее полумесячную зарплату в продуктовом эквиваленте, присела на корточки возле него и спросила — больше настороженно, чем участливо, с надеждой на его отрицательный ответ:
— Вам плохо?
Он медленно поднял голову, посмотрел на нее заплаканными, покрасневшими глазами, удивился.
«Сейчас пошлет!» — подумала Сашка.
— Очень, — признался он.
— Вызвать «Скорую»? — обрадовалась она простому логическому объяснению такого сидения на асфальте.
— Нет.
— У вас случилось что-то? — теперь расстроилась она, поняв, что он не болен и даже не пьян. Выпивший наверняка, запашок-то был, но не пьян точно!
— Мне очень плохо, тошно так, что не продохнуть!
Почему? Зачем? Он ей признался, словно душу вывернул.
— Горе? — сделала последнюю попытку привязать все к простому объяснению Александра.
— Нет, не горе и не беда, не пьянка, не сердце, не любовь несчастная, — ровным, не окрашенным эмоциями голосом отозвался мужик.
Сашка смотрела на него во все глаза, разглядывала выражение его глаз, от многочисленных неоновых витрин и фонарей было совсем светло, и она видела очень ясно, как он на нее смотрит и что кроется в его глазах.
Она плюхнулась рядом с ним на асфальт, тоже вытянув ноги и не находя в себе сил отвести взгляд от его глаз.
— А… — протянул он, — вижу, вы меня понимаете.
Комментарии
Добавить комментарий