Как же я ненавидела его!

— Иди ко мне.

Он потянул меня за собой, через несколько минут мы были в доме. Я быстро огляделась, не зная куда спрятать трясущиеся руки.

Я в западне. В самом центре зверского логова.

— Здесь уютно. Это твое второе убежище?

— Вроде того.

Он снял с меня пальто и бросил его на кровать. Сама галантность в зверином обличии…

— Красивое платье, — оценил Давид.

Он прижал меня к себе, запустив руки в волосы. Склонился ниже, а между шеей и ключицей втянул в ноздри воздух. Жадно. Порывисто. Страшно.

— Я приму душ, — выдавил он.

— Хорошо.

— А ты жди меня.

Я хочу тебя, Жасмин.

Я перестала дышать — я полностью в его цепких руках.

— Да…

— Я возьму тебя.

Я боялась смотреть на него — слишком жадным был его голос. Слишком голодным. Сегодня он овладеет мной, и я ничего не смогу с этим сделать.

— Как скажешь.

— Еще скажу, что ты здесь первая. Я никогда не приводил сюда женщин.

Давид взглянул мне в глаза, будто оценивая реакцию, а я думала лишь о том, как больно мне сегодня будет. И телу, и душе.

— Я рада.

Через несколько минут зашумела вода, я осталась одна. Я отсчитывала время, разглядывая избу.

Она была милой: здесь расположилась одна комната с большой кроватью и стенами из твердого дерева, рядом была ванная и поодаль — небольшая кухня.

После сегодняшнего задания он мог позволить себе особняк, но вместо этого привез меня сюда. Здесь нас никто не найдет.

Я открыла сумочку и вытянула смятые бумаги, пробегая по ним взглядом. Миллионный контракт. Только вчера заключили, а сегодня — привели в исполнение. На этих документах имена были мне не знакомы.

А третья бумага имела другое значение.

— Басманов Эльдар и Басманов Рустам.

Я усмехнулась: Давид боялся, что собственный отец может пойти против него, и эти бумаги — его перестраховка. И сильный компромат. Я предполагала, что его отец был могущественным, а Давид знал это наверняка и потому — держал того под своим контролем.

Когда вода затихла, я стянула с себя платье и лиф, а следом надела мужскую рубашку, которую Давид привез для себя.

Он вышел ко мне почти голым. Боксеры обтянули мощные бедра и внушительных размеров член. Я опустила взгляд, руки задрожали.

— Почему на тебе моя рубашка?

Он спросил меня, а сам едва не облизнулся.

Так сильно загорелись черные глаза. Его рубашка сидела на мне сексуально.

— Я подумала… рубашку быстрее снять с меня.

Я никогда не соблазняла мужчин, но училась этому на вебинарах и онлайн уроках. Монарх заставил меня стать раскрепощеннее, говорил, Давиду понравится.

И он не ошибся.

— Я собирался надеть ее утром, — прохрипел он, — но не уверен, что она доживет до утра.

Я сидела на краю кровати, когда он подошел близко. Мои глаза остановились на его обнаженном влажном торсе.