И уж точно не захотят слушать твои упреки, когда ты лет эдак в сорок начнешь припоминать им, как сидела у кроватки и караулила их сон вместо заслуженного отдыха.

Подумав несколько секунд, я кивнула.

— Хорошо, записывай меня.

Поставив галочку в своем списке — с такой улыбкой, словно за меня ей дадут премию, довольная Алиса ушла к себе.

Вернувшись в кабинет, я не сразу смогла приступить к работе — я автоматически писала карточки и почти не слушала, на что пациент жалуется доктору. К счастью, я не работала с пациентами напрямую — еще слишком боялась ответственности и считала себя недостойной должности врача.

Алиса попала в самую точку. Чтобы хоть как-нибудь наверстать время, упущенное на работе, я проводила с детьми все свободное время. Чувство вины достигло своего пика, я только и успевала его компенсировать, возмещать.

Но так неправильно. В кого я превращусь через двадцать лет? Смогу ли быть доброй мамой для Ясмин и Эмиля?

А что, если я всю жизнь так проведу? И не встречу никого, как многие женщины. И не дождусь.

Я ожидала, что Давид приедет. Думала, что после того, как он услышит мужской голос рядом со мной — примчится.

Сразу. Моментально.

Наивная и глупая девочка.

Давид, кажется, так и говорил.

Я ждала его весь декабрь, весь год. Звонила по тому номеру, набирала сотни!.. нет, тысячи раз.

Он не брал.

Никогда.

Я думала — он разозлился. Возможно, приревновал. Давид ведь таким был — ревнивым до одури, я это недавно узнала. Он ведь меня к Доменико до самой его смерти ревновал.

Злился на мою любовь к другому.

Кулаками в стену бил. До крови.

Внутри метался как звери мечутся.

А теперь как отшибло, получается?

Закончив смену, я сразу примчалась домой.

Как и всегда — ни шагу в сторону, чтобы не провоцировать Эльдара и побыстрее вернуться к детям. Чувство вины ведь.

Следом за мной на территорию заехал Эльдар. С неба сильно мело, но мне пришлось дождаться, когда он выйдет из автомобиля. Мы зашли в особняк вместе.

— Как прошел день, Жасмин?

— Ничего нового. Принимаем пациентов, заполняем карточки, — дежурно ответила я.

— Надеюсь, что тебе сильно нравится эта неблагодарная работенка, иначе я не знаю, как объяснять моим внукам в будущем, где была их мать.

Я едва не спотыкнулась.

Остановившись на пороге, я смотрела в спину Эльдара и не могла ровно дышать.

Дыхание сбилось, в груди потяжелело, а он спокойно разулся и последовал на кухню — к своей жене.

Я вдруг поняла, кто ежедневно вбивал в меня чувство вины.

Так было за каждым ужином:

— Жасмин, сегодня у моей внучки поднялась температура. Сейчас ей лучше? — поинтересовался Эльдар, поглощая ужин.

Я сняла верхнюю одежду и крикнула из коридора:

— Что? Температура? Я не знала, я ведь только с работы вернулась. Почему мне никто не позвонил?

— Позвонили мне.