Что поделать, в мутной воде часто крупная рыбка водится.

Получив от меня карт-бланш на любые действия с его стороны, которые он посчитают необходимыми, мы закончили. Довольный Верховцев засобирался было уходить, но я его остановил.

— Еще пару минут, Леонид Александрович, — сказал я и придвинул свое кресло немного ближе к нему."

"Улыбка сползла с его лица, и он вновь сделался серьезным, готовым к любому повороту событий. Одна из тех черт, которые мне в нем нравились. Верховцева хоть среди ночи разбуди, он через пару минут уже будет мчать к тебе в полном обмундировании и с пулеметом наперевес.

— У нас что-то случилось, Владимир Михайлович? — озабоченно спросил он, вновь усевшись на свое место.

— Пока нет, но на всякий случай хочу, чтобы вы кое о чем знали.

— Слушаю, ваше сиятельство.

— У меня на завтра кое-какие планы…

— Само собой, вылет из Шереметьево в половине первого, — кивнул он. — Все будет в лучшем виде.

— Да нет, я не об этом… — улыбнулся я. — Я наметил кое-что до вылета.

Он внимательно посмотрел на меня и нахмурился.

— Терпеть не могу, когда что-то начинает идти не по плану. Как правило ничем хорошим это не заканчивается.

— Будем надеяться, что в данном случае ваши опасения будут напрасными, хотя… всякое может случиться. Именно поэтому я хочу, чтобы вы знали — утром у меня намечена встреча кое с кем, — я пожал плечами. — Как она закончится — мне неизвестно.

— Так может быть…

— Не нужно ничего делать, Леонид Александрович, — прервал я его, не дав договорить. — Этот вопрос я должен решить сам. Хочется поставить жирную точку.

Верховцев некоторое время задумчиво смотрел на меня, затем покачал головой и сказал:

— Владимир Михайлович, бывают случаи, когда геройство ни к чему. Вам пора подумать о будущем.

— Бросьте, виконт, — отмахнулся я. — Ни о каком геройстве речь не идет. В данном случае вопрос принципиальный. Кое-кто мне задолжал, и я намерен спросить по полной. Ну а что касается ситуации вообще… Просто пообещайте мне, что если я не выйду на связь до обеда, то вы сделаете так, чтобы с Соловьевой ничего не случилось. Как ни крути, теперь она единственный член моей семьи… Поэтому я хочу, чтобы с ней было все в полном порядке.

— Неприятный разговор вы затеяли, Владимир Михайлович, — пробормотал Верховцев.

— Что поделать, — развел я руки в стороны. — Не всегда же нам с вами шутить. И вот еще одно распоряжение. Если вдруг господин Давыдов или кто-то еще захочет погреть руки на этом — сделайте так, чтобы этого не случилось.

— Иногда вы меня огорчаете своей открытостью, а временами пугаете излишней подозрительностью, — сказал Леонид Александрович. — Финансист у нас, конечно, ловкий парень, но верный.