Отдельную плюху выписали Маланьичеву. Его прямо обязали оказать надворному советнику полное содействие.

К этому времени Алексей успел получить новые сведения. Владивостокцы сняли приметы с арестованного и вручили их питерцу. Его внимание привлек следующий пункт: «На правой стороне поясницы несколько линейных рубцов, произошедших, вероятно, от прежде ставленных кровеносных банок». Остальные записи были стандартными: цвет волос и глаз, рост, зубы, нос и прочее. Знаков прежних телесных наказаний на теле не обнаружено… Но линейные рубцы! Где-то они уже попадались сыщику. Он рылся в памяти и никак не мог ухватить мысль. Очень неприятное чувство: тужишься, а все без пользы. Необходим был толчок.

Этот толчок Лыков получил все там же, на Пекинской. Он отыскал и расспросил городового, который арестовывал убийцу. Как было дело? Сопротивлялся Перегородкин или нет? Служивый ответил:

– Да как обычно бывает. Здорово они царя поздравили! Оба в лоск. Ну и сцепились на ровном месте. Одно слово – херые[114]. А на итогмертвое тело."

"– Что говорил арестованный? Ничего не бросилось тебе в глаза?

– Бросилось, – неожиданно ответил городовой. – Слова его были странные. Никогда прежде не слыхал я такого. Гора наведенная – о чем речь, ваше высокоблагородие?

– Гора наведенная? – опешил сыщик. – Он так сказал?

– Так точно. И вот я в толк не возьму, что те слова значат?

– Это такое бранное выражение.

– Какая же в нем брань?

Лыков пояснил:

– Так ругаются староверы. Им уста грязнить нашим срамословием запрещается, и они придумали ему замену. По-ученому – эвфемизм. В том числе «гора наведенная». Интересно… Стало быть, наш герой из старообрядцев? Тем легче будет установить его личность.

Новость была важная и давала подсказку. Лыков, чья память уже второй день подвергалась насилию, теперь знал ответ. Есть такой бродяга в розыске! Но ему требовались доказательства.

Однако все продвигалось небыстро. Сначала посрамленный Маланьичев прислал курьера с приглашением посетить штаб жандармской крепостной команды. Сыщик приехал и осмотрел под шефством ротмистра крепость. Ее первые батареи появились на сопках еще в 1876 году, когда всерьез ждали войны с Англией. В 1885 году их усилили, разместив дополнительные орудия на мысе Чуркина. Все это жандарм рассказал гостю в ходе экскурсии. Когда они вернулись в штаб, то быстро согласовали текст телеграммы в Иркутск: «В ответ на срочный запрос чиновника особых поручений Департамента полиции надворного советника Лыкова прошу вне всякой очереди сообщить…» и так далее. Требовалось установить личность человека со шрамами от банок справа от крестца. Который по некоторым данным является старовером. Возможно, он беглый бродяга.