Префект развернул свиток и торжественно прочитал первое имя:

– Дарсериан Котийяр!

– Боже, – произнёс я.

– Ты его знаешь? – спросил Леон.

– К сожалению, да. Столкнулись с ним недавно. Заносчивый тип.

– По нему видно, – ответил Оливер.

– Лилит Лестьенн.

Симпатичная чистокровная с выделяющейся в копне длинных светлых волос ярко-розовой прядкой уверенно поднялась и хмыкнула.

– Интересно, это настоящая краска или фальшивая прядь, – размышлял вслух Оливер.

– Кливленд Маккинзи.

Леон сидел с каменным лицом, когда Клив поднялся напротив нас в форме патриция Дома Марсен.

Мы с Оливером украдкой переглянулись.

– Винсент Романо!

Коротко стриженный парень в круглых солнцезащитных очках даже не стал подниматься, просто махнул всем рукой.

– Ренесити Родари!

Полная девушка скромно поднялась и сразу села.

– Спасибо префекту Брайсу. – После представления всех патрициев Марсена проговорил проректор Росс, – Приглашаем префекта Дома Меркуро, Эйнсли Шоу!

На сцену с лёгкой улыбкой неспешно поднялся высокий парень с кудрявыми светлыми волосами и в аккуратных круглых очках.

– Доброго времени суток, уважаемые! Я рад вас всех видеть в этот прекрасный тёплый день.

 – Эйнсли повернулся к своему Дому. – И, конечно, я рад моим патрициям Дома Меркуро! Белокрылые! Рассекающие воздух! Дети Меркурия! Добро пожаловать в наш Дом, в наш чудесный полис!

На этот раз патриции были более спокойными. Они хлопали и махали рукой своему префекту. Эйнсли развернул свиток и прочитал:

– Теодор Романо!

Парень, копия Винсента Романо, но без солнцезащитных очков, поднялся и смущённо улыбнулся.

– Это разве не… – начал Оливер, но Леон его опередил.

– Да. Они, видимо, близнецы. Попали в разные Дома, как вы с Оливией.

– Харпер О’нилл! – воскликнул Эйнсли Шоу.

Чистокровная с вьющимися волосами до плеч поднялась и недовольно скрестила руки на груди.

– Гэтерсби Флинн.

Парень рядом с ней поднялся, постоял пару секунд и сел. Прожектор всё ещё был направлен на него, и он с раздражением поднял руку, укрываясь от света.

Я не считал, но казалось, что в каждом Доме примерно от двадцати до тридцати патрициев. Кроме, конечно, Дома Плуто. Там было от силы человек десять.

Я был удивлён, узнав, что наш Дом Соларус самый большой.

– Спасибо префекту Эйнсли. Приглашаем на сцену префекта Дома Венериан, прекрасную Вирджинию Лесли!

Красивая чистокровная, похожая на актрису, – я даже на миг завис, увидев её, – вышла на сцену и кротко помахала всем рукой. Патрицианки из Дома Венериан захлопали, закричали и даже вытащили небольшие плакаты с именем своего префекта и сердечками. Вирджиния послала им воздушный поцелуй, отчего те закричали ещё громче, перейдя на ультразвук.