Вижу, как останавливается на них взгляд лорда Вайлера. Но ничего не могу поделать. Жутко хочется пить.

– Вы меня плохо слышали? Не будет клятвы верности. Не будет согласия.

Лорд Вайлер отходит к столу, на котором стоит графин с водой. Не спеша наполняет стакан и подходит ко мне."

"– Пей, сейчас велю принести тебе еду, – говорит он так, словно не было моих последних слов.

Принимаю стакан из его рук. Жадно пью. Зубы стучат о край стакана. Несколько капель проливается, стекают по подбородку, падают на грудь. А за ними, не отрываясь, следует взгляд мужчины.

На подлокотники кресла, в котором я сижу, опускаются руки лорда Вайлера. Он низко наклоняется и с шумом втягивает носом воздух.

– А моему дракону ты тоже нравишься, малышка, от тебя очень вкусно пахнет. Если мой сын будет так глуп, что запрёт тебя в дальнем замке после консумации, постараюсь чтобы ты не скучала.

Меня передёргивает от омерзения. Лорд Вайлер усмехается и наклоняется ещё ближе. Говорит негромко, обдавая мои губы горячим дыханием:

– Жаль, конечно, что первым буду не я. А насчёт твоего согласия, княжна, не строй иллюзий. И брачную клятву принесёшь, и ножки послушно раздвинешь. Есть у меня одна идея.

Подушечкой большого пальца лорд вытирает воду с моего подбородка. Делает это медленно, пристально глядя мне в глаза.

– Руки уберите, – не разжимая зубов, требую я.

Усмехается:

– Хочешь сказать, что тебе не нравится? А мурашки по коже бегут.

– Это от отвращения, – говорю с брезгливой гримаской.

Лорд хмыкает и отстраняется.

– Да, детка, с послушанием у тебя проблема. Родителям явно было некогда.

– Зато у вас получилось идеально. Теперь я понимаю, в кого ваш мерзкий сынок.

На скулах лорда ходят желваки. В глазах – мрак. Выдыхает со злостью:

– Л-ладно, поговорим позже. А сейчас я займусь твоим несостоявшимся любовником.

Лорд Вайлер ещё раз оглядывает меня с ног до головы похотливым взглядом.

– За дерзость спрошу с тебя сторицей, дай срок, – с угрозой говорит он и выходит.

А я обмякаю в кресле. До сих пор мне не приходилось противостоять взрослым мужчинам. Да и вообще никому противостоять не приходилось так, чтобы всерьёз. Детская возня с братьями не в счёт.

Сейчас, когда я остаюсь одна, напряжение отпускает, и меня начинает бить озноб. Нужно принять какое-то решение. Но вокруг – беспросветная мгла. Я не вижу выхода. Знаю только то, что никакого «да» от меня в храме не услышат.

Дверь открывается, впуская женщину лет тридцати, двоих мужчин в форме охраны и мага, того самого, который заметил и отобрал мой артефакт – чешуйку. Настораживаюсь.

– Госпожа, – женщина приседает в низком реверансе. – Меня отправили к вам в услужение. Позвольте проводить вас в ваши покои.