Брат отлично отрывался с незнакомкой, дурачился и флиртовал, а Санька тогда даже бровью не повела.

Зато как она обалденно ощущалась в тот вечер в моих руках, когда мы танцевали с ней медляк…

М-м-м, проклятье!

Застонал тихонько, прикрыв глаза.

Терпение, чувак! Только терпение!

Нельзя торопиться и действовать неосмотрительно. Саша – самое дорогое, что у меня есть. И привлекать к ней внимание – как резать по живому. Тем более, что угрозы сообщников Чернова в мой адрес, а также в адрес моей семьи, были слишком весомы. И пусть запугивали не впервые, но на этот раз все было гораздо серьезнее.

Угрозы выкрикивались и в зале суда, и за его пределами, несколько раз мне звонили по телефону, пару раз подбрасывали письма в почтовый ящик, а однажды доставили посылку с убитым голубем внутри.

Шантаж тревожил не только меня, но и полицию. Злобный блеск в глазах Черта, когда ему зачитывали приговор, обещал непременную расправу. И не важно, что сам преступник в скором времени отправлялся за решетку, его подельники все также разгуливали на свободе.

Возможно, поездка сюда была безумием чистой воды, но я не мог по-другому.

Должен был удостовериться, что с моей девочкой все в порядке. Она в безопасности. Жива и здорова.

Глава 14

АЛЕКСАНДРА

Мне снился сон, будто я бежала по лесу, спасаясь от страшного грохота и опасности. За спиной то и дело слышались треск ломаемых сучьев, стоны скрипящих от натуги деревьев, пробирающий до костей вой волков. Горящие бешенной злобой и жаждой убийства желтые глаза и обнаженные в оскале огромные белые клыки мелькали со всех сторон, прорезали серость сумерек пугающими красками и приближались с каждым ударом сердца. Я задыхалась от паники, дергалась вперед, но словно вязла в тумане.

И четко понимала одно: мне грозит серьезная опасность. Раскрыла рот, чтобы позвать на помощь, но страх был так велик, что, в конце концов, из горла вырвался визг ужаса.

Вся дрожа, проснулась.

За окном бушевала гроза, которой я бессознательно боялась с тех пор, как приехала в Питер. Все же о переменчивой погоде Северной столицы была наслышана. И вот ненастье разыгралось. Буря свирепствовала над лесом и над коттеджем, гремела громом и сверкала молниями. Но тут, к сожалению, не было спасительной кладовки.

Я лежала в кровати, широко распахнув от страха глаза. Здесь, на природе, в хлипком щитовом домике разгул стихий казался еще более страшным, чем обычно. И реальность словно сместилась. Я окунулась в прошлое, почувствовала себя маленькой потерянной девочкой, а в воображении предстала давно забытая картина: мама и папа, чернота ночи, мокрый асфальт, освещенный яркими лучами фар, визг тормозов…

За окном вспыхнула молния, а через секунду раздался такой удар грома, что стекла в окнах зазвенели.