Найджел слова не упомянул про Вашеля Дево, словно тот был также важен для него, как дырявый мешок. Больные люди так себя не ведут. Еще Жизель подумала, что Найджел мог бы задавать свои вопросы не так жестко и не ждать откровенных ответов на щекотливые темы, в особенности учитывая то, что она пережила.

– В последний вечер ты сказал, что мы находимся рядом или даже на самой земле Дево, и, значит, порт, куда мы скачем, будет забит их людьми. Я просто физически ощутила, как все стало жутко сложным. У нас все время имелся шанс, что мы доберемся до порта, сядем на корабль и уплывем от всех моих забот.

Неожиданно это стало невозможно. – Жизель чертыхнулась, услышав, как Найджел недоверчиво хмыкнул. Собственные объяснения казались ей разумными и заслуживали серьезного отношения, а не насмешки.

– Думай что хочешь, дорогая моя, но мне кажется, ты не вполне откровенна. – По упрямому, раздраженному выражению ее лица он понял, что больше от нее ничего не добиться. – Ты поехала прямиком в объятия врага, милая, – тихо добавил он, обнимая за плечи и привлекая к себе. Ему было приятно, что она не испугалась, не оттолкнула его.

– Знаю, – проворчала она, потом вздохнула и прижалась к нему. – Я отправилась к кузине Мари. По крайней мере считала, что еду туда. Сейчас-то мне ясно, что я даже толком не знала дорогу. Мари никак не могла жить рядом с Дево. Я должна была вспомнить это, потому что уже один раз ездила к ней за помощью.

Он зачем-то взял в руки медальон, который висел у нее на груди, и стал рассматривать его.

– Тебе повезло, что никто не отобрал его у тебя, – сказал он, выпуская из рук вещицу. – Он ведь стоит больших денег.

– Наверное, никто просто не заметил его, слава Богу! Я прятала его под одеждой с тех самых пор, как ты сказал, что мальчишка не будет носить такую очаровательную безделушку.

А те, кто видел его – Вашель и этот Ансель, – не придали ему значения. Он все еще приносит мне удачу.

– Это верно. Мне не хотелось бы сомневаться в твоей правдивости, но кое-что приводит меня в недоумение.

– Что именно?

– Ты сказала, что Вашель не изнасиловал тебя, а только трогал.

– Это правда.

– Тогда почему ты отмывалась так старательно, что была готова содрать с себя кожу? Мне это непонятно.

Жизель горько улыбнулась и не стала сопротивляться, когда он осторожно уложил ее на постель. Ей было уютно чувствовать себя под защитой его тела, когда он лег на нее сверху. А еще это возбуждало. Ей стало легко и радостно. Меньше всего хотелось, чтобы ее глупость и злая заносчивость Вашеля смогли разрушить то, что она испытывала к Найджелу. Вашелю ничего не стоило вновь превратить ее в запуганную женщину, какой она была, когда в первый раз встретилась с Найджелом. Это была бы слишком высокая цена за ее малодушие.