— Нет, я не говорил, что он обязательно будет преследовать тебя. Просто хочу, чтобы ты была как можно более осторожной и готовой ко всему. А вообще-то, нет смысла так переживать. Я сильно сомневаюсь, что этот человек появится снова. — Рэнд ненавидел себя за то, что хочет подвергнуть опасности жизнь Лорин, но желание поймать преступника было сильнее.

— Ты думаешь, он уехал? Я не трусиха, Рэнд, но все-таки… — Она вздрогнула. — Но это действительно очень страшно, когда какой-то неизвестный угрожает убить тебя.

— Я понимаю, — сказал Рэнд, подходя ближе, чтобы успокаивающе потрепать ее по плечу, и чувствуя себя двуличным.

 — Ты можешь быть уверена: я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить тебя. Ты веришь мне?

Лорин кивнула.

— Я должна тебе верить, — ответила она с улыбкой. — Ты шериф. А кроме того, если я не буду тебе верить, мы с Керри просто поссоримся.

Рэнд почувствовал, как внутренний голос советует ему запретить Лорин ехать куда бы то ни было. Но он промолчал, успокаивая себя тем, он сделает все возможное, чтобы Лорин не подверглась ни малейшей опасности. Керри он тоже ничего не сказал о том, что незнакомец угрожал расправиться и с ней, хотя отнесся к этому серьезно.

Рэнд делал все от него зависящее, чтобы ни с Керри, ни с Лорин больше ничего не случилось, но долго так продолжаться не могло. Безопасность Керри он мог обеспечить и сам, с Лорин все обстояло совершенно по-другому.

Выходя из библиотеки, Рэнд вознес безмолвную молитву о том, чтобы ему удалось поскорее распутать это дело. Время шло, и у него оставалось все меньше надежд когда-нибудь сделать это. После нападения в кладовой не обнаружили ничего даже отпечатков пальцев.

Таким образом, если он не ошибался, и убийство его отца, Рауля и Агилара было делом рук одного и того же человека, он должен был все начинать сначала.

Остаток дня Лорин провела как в тумане. Поездка в Фримонт черной тучей маячила на горизонте. Несколько раз она чувствовала, что готова позвонить Рэнду и сказать, что никуда не поедет. Несколько ночей она провела без сна, разговаривая с Дэниэлом. Этого попугая она купила недавно, но была очень рада новому приобретению. С Дэниэлом она не чувствовала себя так одиноко, и, когда она заговаривала с ним, он часто отвечал ей.

Когда к нему подходили, он, даже не видя человека, недовольно кричал. Лорин полагала, что птицы наделены тем же шестым чувством, что и собаки.

Изо дня в день Лорин мучил навязчивый вопрос: зачем этот человек приходил к ней? У него не было никаких оснований нападать на нее. Она не знала, кто убил Рауля. Более того, даже в полиции это дело уже давно закрыли.

Лорин не была уверена в том, что в убийстве был замешан кто-то четвертый.