Опираясь на костыли, подходит вплотную и нависает надо мной, обдавая

лицо горячим дыханием.

— Ты ничего не получишь после развода, — металлическим голосом

произносит он. — Только ради дочери я куплю вам квартиру и запишу на нее.

По моему телу прокатывается волна гнева. Чувствую, как начинают полыхать

щеки.

— Я понимаю, что дом по документам принадлежит твоей матери, но это

какой же скотиной нужно быть, чтобы жену и дочку оставить без…

— Заткнись! — гремит, передергивая острыми скулами. — Скажи спасибо, что

я предоставлю тебе крышу над головой. Если б не Тася, то выставил бы тебя

на улицу.

Я до боли впиваюсь ногтями в ладони и едва сдерживаюсь от еще одной

пощечины.

— Ты изменяешь мне с этой белобрысой, — киваю на ее лаковую красную

сумку, стоящую на тумбочке, — ты бросаешь семью, ты плюешь на чувства

дочери, так еще и смеешь говорить мне, что я не заслуживаю крыши над

головой?

Я ударяю кулаком в его широкую каменную грудь и взвизгиваю:

— Да тебе не к хирургу надо, Романов, а к психотерапевту!

— П-простите, я вам помешала? — слышится за спиной робкий голос.

Быстро дыша, поворачиваюсь к блондинке, которая держит два стакана с

кофе.

— Выйди отсюда! — рявкаю я.

— Анжела, иди ко мне! — тут же приказывает ей Кирилл.

Как только она подходит, он берет ее за затылок и, пристально глядя мне в

глаза, впивается в ее губы страстным поцелуем.

Глава 15

Маша

Прихожу домой, ставлю сумку на кухонный стол, набираю полную грудь

воздуха, и впечатываю ладони в столешницу.

— Тва-а-а-рь… — протягиваю на выдохе.

Давно так не играли на моих нервах. Я сдержанный человек. Терпеливый, подхожу к решению проблем с холодной головой."

"Но сегодня мое терпение лопнуло из-за косых взглядов коллег и из-за того, что устроил в палате Романов.

Весь остаток рабочего дня в больнице и всю дорогу до дома я изо всех сих

сдерживала в себе бомбу, из которой вырывалась наружу боль, обида и

разочарование, накопившиеся за несколько дней.

Я наконец-то добралась до дома, осталась наедине с собой, и эта бомба

прямо сейчас взрывается во мне, разлетаясь на мелкие, оплавленные куски.

Сжимаю челюсти и несколько раз ударяю кулаком по столу.

— Тварь! Мразь! Ненавижу! — кричу неистово.

Рука горит от ударов, сердце колотится с бешеной скоростью, лицо полыхает

от гнева.

«Если бы не Тася, то выставил бы тебя на улицу», — током бьют слова этого

ничтожества.

— Что же я такого ужасного сделала? — быстро дыша, усмехаюсь я. — Да

как ты смеешь выгонять меня на улицу из дома, который я своими руками

обустроила?!

Сволочь! Изменил, целуется у меня на глазах со своей любовницей, еще и

смеет говорить, что я ничего не получу после развода?!

Я думала, что он хотя бы разведется со мной по-человечески, но такие как

Романов на это не способны.