Все рассмеялись, но в прошлом году, когда Штефана отправили в Америку на поиски своей суженой, им было совсем не до смеха.

Штефан был вне себя от ярости и с ужасом думал о браке. Но, к счастью, внезапная любовь к царственной наследнице поразила его в самое сердце, и, что еще удачнее, княжна тоже полюбила Штефана.

Внезапно Василия осенила счастливая мысль:

— Я придумал! Почему бы тебе, Штефан, не приказать моей матери снова выйти замуж? Тогда бы ей не Пришлось думать только о внуках, нашлись бы и другие заботы.

Продолжая улыбаться, Штефан покачал головой:

— Я слишком люблю свою тетку, чтобы приказывать ей делать то, чего ей самой не хочется. Лучше скажи, как это ты оказался тут один? Ведь обычно ваша троица неразлучна.

Наконец улыбнулся и Василий:

— Собственно говоря, я приехал сюда за новой лошадью. Динику прислал парня сказать мне, что у него есть отличный жеребец.

При этих словах Лазарь, такой же страстный любитель породистых лошадей, как и Василий, оживился:

— И ты купил его?

— Он оказался хуже, чем я думал.

— Ну да, — понимающе кивнул Лазарь. — И ты решил вознаградить себя за бесплодную поездку?

— Разумеется. Конечно, я буду только рад, если вы с Симоном составите мне компанию, но к ""тебе, Штефан, это не относится.

— Да я бы и не принял твоего приглашения, — усмехнулся Штефан.

— И все же не буду рисковать, — заверил его Василий. — Королева снизошла до того, чтобы простить меня, и теперь я на ее стороне.

Штефан насмешливо приподнял бровь:

— А ты уверен? Она по-прежнему называет тебя павлином. Ты это знаешь?

— Да, — самодовольно ответил Василий. — Но теперь она произносит это слово с нежностью и не добавляет эпитета «безмозглый», который так хорошо с ним сочетается.

Штефан хмыкнул. Его жена не отличалась излишней тактичностью, и даже то, что она была королевой Кардинии и почти всегда находилась на людях, не могло обуздать ее острого язычка. Впрочем, двор уже начал привыкать к ее американским манерам и полному отсутствию дипломатических способностей.

Слова Василия напомнили королю, что Таня дожидается его, чтобы выполнить свое обещание.

— Мы забыли о твоей матери.

— Я пытался забыть, — проворчал Василий, и его руки обвили талии двух цыганочек. — Имей сострадание, кузен. Скажи ей, что не сумел меня найти.

— И не надейся! Через два часа ты должен явиться в отчий дом. Лазарь и Симон позаботятся о том, чтобы ты пришел вовремя. А пока что, наслаждайтесь, друзья мои!

Лазарь и Симон уже спешивались, предвкушая приятные минуты, но, когда Штефан направил коня в сторону от табора, Василий вдруг вскочил и закричал ему вслед: «Погоди!», стремительно выхватив свою рубашку из-под прелестного бедра.