Однако прислушиваюсь к себе и с удивлением понимаю: не хочу.

То есть если бы Эва наконец-то согласилась приласкать меня губами, я бы пошел на это не раздумывая, а вот Светлана меня больше не заводит.

— Из позитивного я предпочел бы кофе, — осаживаю ее строгим тоном.

Светлана тут же подается назад, застегивает пуговицу и кивает, будто только что вспомнила.

— Ах да, конечно… Вы же совершенно недавно отметили помолвку…

Она уходит, а я остаюсь один на один с кипой документов.

Да, я помолвлен. Но моральный аспект дела меня не волнует. Мне все эти женские переживания, соперничество и прочая ахинея до фонаря.

Если бы я хотел невесту, которая будет устраивать сцены ревности, я бы такой и обзавелся. Выбрал бы девушку из своего круга, долго и тщательно ухаживал, добивался доверия и взаимных чувств."

"Но, во-первых, на кой черт оно мне сдалось — так неэффективно растрачивать время, которое на вес золота? Во-вторых, не мое это — заботиться о чьих-то там чувствах. Если мне приспичит поиметь своего секретаря не отходя от рабочего места, я это сделаю. Однако пока мне это не нужно.

На данный момент я исключительно Эву хочу, мне с ней приятно, она меня заводит.

К тому же если сравнить Снегирька со Светланой — небо и земля. Впрочем, с Эвой в принципе мало кто может сравниться, я еще не встречал девушку, которую хотел бы сильнее, чем свою невесту.

Но достойна ли она быть моей?

Это мне как раз предстоит выяснить.

*Пирчи Талли — название духов выдуманное, любые совпадения случайны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 20.

Пять дней спустя:

Вторник, 7 января 2020 года

11:00

Лев

«Будь умницей, Снегирёк!» — Я даю ей мысленный посыл, помогая выбраться из машины.

— Сегодня вечером ты опять будешь занят? — вдруг спрашивает она и смотрит на меня.

«Это всё от тебя будет зависеть!» — хочу ответить.

Но ей, конечно же, это знание ни к чему.

— Возможно, — отвечаю я строго.

Быстро прикасаюсь губами к ее щеке, сдавливаю в объятиях. Лишь на миг. Короткий миг близости с моей пока еще верной Эвой.

— Тебя заберут через два часа, — говорю я ей и сажусь обратно в машину.

Когда отъезжаем на полквартала, командую Семёну:

— Будь неподалеку от входа в ресторан.

Оставить Эву совсем одну я не могу, пусть она и не будет знать, что под защитой.

Мне вообще оставить ее сложно… крайне сложно.

Вся эта проверка… она дорого мне обходится в эмоциональном плане.

Если бы я мог обойтись без проверки, то обошелся бы, но не могу. Ревность душит. Мне решать — будет ли она душить меня всю оставшуюся жизнь, или я разберусь с этим раз и навсегда.