Нельзя со стопроцентной точностью предугадать, какая статья выстрелит? А уж книга… Сами знаете, какое дерьмо порой продается бешеными тиражами.

– Не заговаривайте мне зубы, Марк Викторович, – обрываю его я.

В зал, наконец, входят люди. Смущенно здороваются и занимают удобные места. Не стесняются улыбнуться или шепнуть что-то на ухо коллеге. Обсуждают меня, наверное. Одежду, уложенные в прическу под названием «творческий беспорядок» волосы.

– Все на месте, Татьяна Александровна, – игриво протягивает Марк. – Слушаем вас.

Глава 2.

Глава 2.

Марк.

Эта странная девица с глазами на пол лица улыбается и приветствует коллег. Степка Лютаев лижет губы и смачно цокает, Лина из отдела редактирования сжимает ротик в тонкую линию, не скрывая презрения. Все смотрят на Татьяну, мать ее, Александровну, как на инопланетянку. Она и есть такая… Белая бесформенная рубашка так и норовит сползти с ее острого плечика, на лице – почти полное отсутствие косметики. Разве что губы блестят, а на щеках играет здоровый румянец. Танюша кладет ногу на ногу. Боже, ну Таня… Как ты могла явиться сюда в кроссовках? Да, они дорогущие и брендовые, но у нас так не ходят. Линка вон скривилась, украдкой посматривая на свои лаковые туфельки на десятисантиметровой шпильке, а Лида из отдела кадров наклонилась к сидящему справа от нее Коле Говорову. Наша Танечка пришлась не ко двору, да… Скоро я от нее избавлюсь. Да мне и не придется сильно стараться – она не выдержит сама. Сбежит в наш городок или где она там… обитает.

Глаза… Губы – подвижные и мягкие… Снова глаза… Огромные, серые с оттенком стали. Кажется, я где-то их видел. И тот же взгляд, как у олененка Бэмби. Или оленихи во время родов.

– Я очень люблю литературу. Преклоняюсь перед русским языком. Без него остальные знания бессмысленны. И я…

– А где вы учились? – звучит с задних рядов.

– Я окончила высшую школу бизнеса МГУ, факультет менеджмента. Стажировалась в Стэнфорде. Владею двумя иностранными языками, свободно читаю на английском. У меня очень много планов по работе с иностранными литературными агентами.

– Что же, вы планируете издавать книги? А как же журнал?

– Мы можем попробовать. Проигрывает тот, кто ничего не делает. Тот, кто делает и ошибается – получает опыт.

Глаза… Голубые, чистые… Она ведь верит, что с нашим коллективом ей что-то светит. Глаза, блядь, глаза… Вспомнил! Что-то такое я уже видел. Почему я вспомнил об этом сейчас?

Парни решили порадовать меня особым подарком в день рождения – девочкой. Девственницей. Уж не знаю, где они ее откопали, но в мою квартиру приехало… чудо. Полненькая, с аппетитными формами барышня с глазами пресловутого олененка Бэмби.

Ладонь обжигала ледяная бутылка шампанского, а возбуждение пенило кровь.