На его лице снова маска из спокойствия и доброжелательности.

— А что вы хотите? — спрашивает он, показывая, что готов записать мои пожелания в телефон.

— Что я хочу? По-настоящему? Ознакомиться с папкой с моим именем, которую вы уже передали охране.

Теперь я понимаю, почему было так много машин сопровождения. Целый кортеж, чтобы довести тайны моего фиктивного мужа в целости и сохранности, они ведь касаются самого Чертова. Лавров вел его дела, так что в тех папках полно грязных страниц.

— Конечно, это нельзя, — я взмахиваю ладонью, когда Артем уже хочет развернуться и пойти в дом. — Я могу решать только всякие глупости. Сделать заказ на обед или попросить достать любимые духи… Кстати, а где мои вещи? Мне привезли в отель сумку из моей квартиры.

— Их взяли. Они будут в вашей спальне.

— У меня будет своя спальня?

— Да, — Артем устало кивает. — Ее вы тоже можете выбрать. Есть с видом на лес или на внутренний двор. И, вроде бы, должна быть с выходом на террасу. Если я ничего не путаю, в этом доме шикарная терраса со стороны восхода.

Он на пару секунд отвлекается на охранника, обмениваясь с ним какими-то знаками, а потом возвращается ко мне.

— Господин Чертов скоро приедет. Может, пока посмотрите дом?

Мне хочется принять душ после дороги. Чувствую, что начинаю успокаиваться, но освежиться все равно не помешает. Я всегда лучше думаю после душа, а сейчас я впервые ощущаю, что, наконец, принимаю происходящее как факт. Страх отступает, как и детское желание зажмуриться и дождаться, когда проблема исчезнет сама собой.

Нет, чуда не произойдет. Придется выбираться собственными силами. И надо хорошенько оценить свое положение. Тут можно так нарваться на эмоциях, что потом костей не соберешь. Тем более Чертов скоро приедет. Поэтому я бросаю пререкаться с Артемом и иду в дом. А там прямиком в спальню, которую выбрала охрана.

Мои вещи лежат на кремовом диване, на который падает солнечный свет с балкона. Кажется, это та самая шикарная терраса, разрекламированная Артемом. Но мне сейчас не до красот. Я нахожу свою домашнюю одежду, ставлю ноутбук на зарядку и заглядываю в ванную комнату. Провожу в ней минут десять, половину из которых трачу на этикетки на французском языке. На полках нет ни одного средства с кириллицей! Приходится доверять интуиции, которая решает, что розовая бутылочка это шампунь, а изогнутая — кондиционер.

— Ой, — выдыхаю от неожиданности, когда возвращаюсь в спальню.

Женщина в фартуке служанки смущается из-за моей реакции и опускает глаза в пол.

— Я перестелила белье, — сообщает она тихим голосом. — Рядом с кроватью есть телефон для связи с персоналом. Если что-то понадобится, вам сразу помогут. Я или моя помощница.

— Как в отеле.