На Тею с Леей было больно смотреть. Подозреваю, теперь девчонки нарисуют мой портрет и по ночам будут втыкать в него ведические иглы.

Шаманская магия, конечно, не признавалась официальной наукой, раньше я и сама в нее верила слабо, но поглядите-ка, именно эта дикая, варварская ворожба одарила меня первородным огнем. Чтоб их всех, северных шаманок и театральных прим, к ним бегущих, сожрали драконовы химеры!

– Не обращай на них внимания, – шепнула мне Альма. – Хотят завидовать, пусть завидуют молча. Ты сегодня самая красивая на этой тухлой вечеринке. Где, кстати, твой парень-красавчик?

Мы одновременно обернулись к Финисту, стоящему рядом с друзьями, такими же красавчиками.

И их уже окружила стая галдящих первокурсниц в вечерних платьях разной степени откровенности и пышности.

Между тем музыка стихла, а по гулкому залу разнесся голос ректора:

– Приветствую, мои друзья!

В толпе прокатился утихающий рокот, и наступила жиденькая тишина, нарушаемая веселыми шепотками и хихиканьем. Мы обратились к балкону. За балюстрадой, помимо главы академии, стояли несколько магистров, видимо, призванных приглядывать за порядком на празднике.

Не оставишь же великовозрастных детей без всевидящего ока взрослых. Наберутся пунша с запрещенным на балу хмелем и устроят дикие пляски с мордобоем или, не дай божественный слепец, вообще с раздеванием!

Эйван Сэт в неизменных черных одеждах занимал почетное место по правую руку от ректора. Длинный сюртук, застегнутый на все пуговицы, делал его похожим на борца с нечистью с книжной иллюстрации. Магистр бросал в толпу равнодушные взгляды. На лице застыла ледяная, как кусок айсберга, мина.

– Кстати, ты что-то говорила об Эзре Ходже, – прошептала Альма мне в ухо.

 – Что он хотел?

– Он пригласит тебя танцевать, а ты ему не откажешь и не накинешься с кулаками, – велела я.

– Он тебе денег, что ли, заплатил? – сощурила темно-карие глаза айтэрийка.

– Пообещал вызвать Финиста на поединок, если он меня обидит. Как видишь, я куплена с потрохами, поэтому не смей ему отказывать.

У Альмы вырвался издевательский смешок.

– Заметила, что у них цена одинаковая? Как думаешь, кто объявит дуэль первым?

– Искренне рассчитываю, что обойдется без турнирной магии.

И потом, ты очень хочешь танцевать со своим капитаном, – добавила я.

– Да неужели? Он бесит моих благословенных предков!

– Не говори за предков, ты у них напрямую не спрашивала, – напомнила я, что связи со всевидящим оком нет и говорить за них глупо.

– Меня он тоже бесит.

– А тебе Эзра как раз нравится. И то, что вы вечно собачитесь, тоже нравится. Он, к слову, надел костюм. Выглядит божественно и отчаянно страдает. Оцени, какая жертва!

– Твои глупые разговоры нужно запивать водой, – буркнула она.

– Держи.