— Заехав в какой-то совершенно незнакомый двор, Миша останавливает машину и обходит ее. Открывает дверь с моей стороны. — Пойдем.

— Куда?

Я пытаюсь поспевать за его широкими шагами. Обходим здание, минут десять идём пешком. Миша не отпускает мою руку, сжимая ее так, будто я вот-вот сбегу от него.

Издалека вижу черный внедорожник. Его фары которого загораются, едва мы подходим. Из машины выходит… Виктор?

— Добрый вечер, — здоровается он, протягивая ладонь Мише, а потом мне. — Как добрались?

— Все хорошо. — Миша наконец выпускает мою руку. Он тянется к внутреннему карману пиджака, достает пачку сигарет. Закуривает. — Саш, садись в машину. Прохладно.

— Нормально мне. Я хочу понять, что происходит. Почему я внезапно оказалась в криминальном мире и не могу нормально передвигаться по городу. Мне это не нравится.

— Никому не нравится. — Выпустив клуб дыма, Миша снимает пиджак и накидывает на мои плечи. В нос сразу ударяет безумно знакомый запах.

— Вы аккуратнее. Как доберешься, сообщи мне, — говорит Виктор. — А ты, Саш… — Он качает головой, будто что-то вспомнив. — Просто верьте друг в друга и держитесь крепче. Только в этом случае у вас все получится.

Он уходит. Я смотрю на Мишу. Докурив, он бросает окурок и снова выпускает изо рта дым. Потом открывает переднюю пассажирскую дверь, жестом приглашает сесть.

Еще минут десять езды. Полная тишина. Я знаю, что мы едем к моим родителям, но не понимаю почему. Если устроили пожар в доме Загорских, с таким же успехом его устроят и в доме моего отца.

— Там вокруг охрана, менты… Не осмелятся что-либо сделать. — Он будто мои мысли читает.

Или это я говорю вслух все, что думаю?!

— Ясно, — отзываюсь сухо.

Миша резко выруливает в сторону и тормозит в узком переулке.

— Что?!"

"— Ничего. Я пиздец как испугался за тебя.

Он подаётся вперёд. Положив руку на мой затылок, фиксирует, не оставляя ни единого шанса увернуться. И впивается в мои губы жадным, голодным поцелуем.

Глава 40

Пространство вокруг кажется маленьким и замкнутым. Душным. Едва его губы касаются моих, все остальное будто исчезает. Я чувствую, как мое сердце колотится, будто вот-вот вырвется из груди. Меня целует тот, на кого я долго обижалась, и я не думала, что когда-нибудь снова окажусь так близко к нему. Что позволю прикоснуться ко мне. И что ещё хуже: я растворяюсь в нем вновь.

Поцелуй начинался грубо, но теперь он осторожный, как будто Загорский понимает, что перегибает, и в то же время ждет, чтобы я его оттолкнула. Я этого не делаю, и он снова набрасывается на меня с напором.

Его губы становятся более настойчивыми, и вместе с поцелуем нарастает волна того, что я пыталась подавить: тепло, нежность и неистовое желание. Закрываю глаза, позволяю себе погрузиться в этот момент. Чувствую, как по телу разливается жар.